Книга Муцянь, страница 92 – Джин Соул

Историю о разбойнике, который прятался под мостом и грабил проходящих по мосту людей, называя это «платой за переход моста», все знали. Иногда в притче вместо разбойника фигурировал демон, но суть от этого не менялась – грабёж средь бела дня.

— Но если не хотим загреметь в темницу, то вслух об этом лучше не говорить, – рассудительно добавил Чэнь Ло. – Это наверняка распоряжение градоначальника Второй столицы.

— Может, они ещё стребуют с нас плату за то, что мы дышим их воздухом? – недовольно сказал Сяоцинь, пряча кошель за пазуху. – Мне уже здесь не нравится.

Но город был не хуже других. Второй столицей его называли, потому что это был второй по величине город после Чанъаня.

Проходящие мимо девушки закрывали лица рукавом, заметив взгляд Чэнь Ло. Он жил в Мяньчжао с самого рождения, и для него до сих пор было странно видеть, что они не закрывают лица масками. Будто они все из цинлоу. Девушкам внимание молодого красавца льстило, и они с нарочитым смущением трепетали ресницами. Мысли Чэнь Ло настроились на весенний лад^[39], и он благополучно пропустил мимо ушей брюзжание Сяоциня, который всё ещё последними словами поносил местные порядки.

— А? Что? – отозвался Чэнь Ло, когда мальчишка пихнул его локтем в бок.

— Ты меня слушаешь? – возмутился Сяоцинь, и его жёлтые глаза вспыхнули.

— Я заплачу за номер, – сказал Чэнь Ло.

— Какая неслыханная щедрость, – буркнул Сяоцинь, зверем глядя на проходящих мимо девушек. – Что мы, ярмарочные шуты? Почему они все на нас смотрят?

— Никто на тебя не смотрит, – усмехнулся Чэнь Ло, – тебе показалось. Пошли уже искать цзюлоу.

Слуга в цзюлоу оглядел их с презрительной усмешкой, но, встретившись взглядом с Чэнь Ло, сник и приниженно осведомился, какой номер молодой господин желает снять. Чэнь Ло одним взглядом мог поставить на место кого угодно. Кроме Сяоциня.

— С двумя комнатами, окнами на восток, – сказал Чэнь Ло, припомнив прошлые требования мальчишки.

Слуга показал им несколько номеров, Чэнь Ло предоставил выбирать Сяоциню, а сам опять погрузился в приятные, покалывающие иголочками вожделения под кожей мысли. Это большой город, здесь непременно должны быть цинлоу.

Пока Сяоцинь возился с аптекарским коробом, Чэнь Ло снял цзяньсю, велел слуге хорошенько вычистить его, разгладить полы и принести обратно. Серебряный слиток добавил слуге прыти, и не успел Чэнь Ло выпить чашку чая, как всё было исполнено.

— Собрался куда-то? – спросил Сяоцинь, заметив, что Чэнь Ло прихорашивается.

— Пойду, – небрежно сказал Чэнь Ло, – погляжу, не продают ли цветы^[40].

— На кой тебе цветы понадобились? – удивился Сяоцинь.

— В цинлоу пойду, – отрезал Чэнь Ло.

Воцарилось молчание. Чэнь Ло обернулся и увидел, что Сяоцинь смотрит на него круглыми глазами и не скрывая отвращения. Это Чэнь Ло покоробило, и он сказал резко:

— Да что бы ты понимал! Я взрослый мужчина и…

— Ты не можешь пойти в цинлоу! – перебил его Сяоцинь. – Ты не пойдёшь в цинлоу!

Чэнь Ло выгнул бровь. Сяоцинь встал напротив двери и раскинул руки, не пуская его.

— Ну и что это значит? – осведомился Чэнь Ло, выгибая бровь ещё выше.

— Не пущу! – свирепо сказал мальчишка.

Чэнь Ло не стал с ним спорить, попросту взял его за подмышки и переставил в другое место – как статую, а сам вышел из номера и демонстративно медленно закрыл дверь.