Книга Четыре – число смерти, страница 88 – Натан Зутт

«Почему мне снилась мать? – думал Чжень, и как он ни пытался заткнуть лишние мысли и очистить голову, всё равно что-то назойливо лезло в его разум. – Мне нужно забыть про сон, нужно перестать думать, перестать отвлекаться». Юноша словно бы попал в бурю, и каждый порыв ветра нёс ему в лицо осколок глиняной черепицы, тяжёлую ветку или мелкие, острые камни – уклоняясь от них и прикрывая голову, он пытался добраться до спасительного укрытия, но не мог сделать и шагу, чтобы не попасть под очередной удар. Как бы ни закрывался Чжень от отвлекающих мыслей, укрыть свой разум и восстановить спокойствие он не мог. «Я плохой ученик, – тихо сказал себе юноша. – И стал бы плохим монахом, если бы выжил».

Мысль о смерти помогла успокоиться на мгновение, и тогда Чжень ухватился за неё. «Я умру, – думал он. – И это хорошо. Я умру, и никому не причиню вреда, никого не убью и смогу переродиться прекрасным, новым существом». Эта мысль успокаивала. «Я умру», – снова сказал себе Чжень. Он представил себя мёртвым, утонувшим в болоте и спокойно плывущим теперь по нему. Лицо в воде, руки раскинуты в стороны, тело расслаблено. Хорошо. То, что нужно. Нет ничего страшного в этом, нет ничего неправильного. Я умру, и не смогу сотворить зла, и буду рождён снова. Всё в порядке.

Чжень выдохнул. Его всё устраивало, и не было смысла переживать. Страх ушёл, потому что бояться было нечего – Чжень умрёт, чего тут бояться? Успокоившись, юноша подчинил себя сначала мысли. Он избавился от них, оставив с собой только одну, спасительную мысль о смерти. Через мгновение он отпустил и её. Разум Чженя был пуст, думать было не о чем, переживать секунда за секундой образы и воспоминания, вопросы и предположения стало незачем. Чжень вдохнул. Его сердце забилось спокойнее. Чжень выдохнул и подчинил себе боль. Она не нужна ему сейчас. Приказав телу не беспокоить его разум сигналами о боли, Чжень снова вдохнул. Открыл глаза и наступил на раненую ногу. Немного неприятно, но жить можно. Молодая Жаба разрешила себе чуть заметно улыбнуться, будто вознаграждая саму себя, и двинулась в глубь болот.

Он шел быстро, не думая ни о чем и не отвлекаясь ни на что. И все же его взгляд подмечал то тут, то там следы сражений. Кто-то много дрался, ломал стебли болотного камыша и стволы небольших, редких деревьев. Сражались в основном в воде, следов на земле почти не было, хотя кое-где можно разглядеть пятна свернувшейся и впитавшейся в почву крови. Чжень не думал об этом, но запоминал, откладывал в дальний ящик памяти. Через несколько часов юноша наконец-то достиг места, где оставил Ши Даоаня. Всё там было залито кровью.

— Учитель? – тихо позвал монаха его ученик. Ответа не было. Чжень поднялся на сухой участок. Когда-то сухой, теперь же всё вокруг было липким и скользким. Юноша даже представить себе не мог, что столько крови может быть освобождено из человеческих тел. Даже если бы здесь убили целый «у» солдат, всё равно крови было слишком много. Чжень осторожно опустился на здоровое колено – на земле не было ничего, кроме крови. Если бы тут рубили людей, остались бы ошметки плоти, костей, внутренностей. Хоть что-то.

Чжень сделал ещё один осторожный шаг и замер. Где-то в глубине топей сверкнула молния, затем ещё одна. На небе не было ни облачка. Юноша двинулся вперёд, спрыгнул с небольшого, залитого кровью участка суши и почти по колено погрузился в мутную, холодную воду. Юноша шёл быстро, надеясь добраться до места схватки до того, как она закончится. Вода становилась всё холоднее, и в какой-то момент ученик монаха заметил, что её начинает покрывать тонкая плёнка льда. Сражение было совсем близко, но по какой-то причине Чжень не видел воинов, не слышал их криков или даже плеска воды. Не было даже тумана, который мог бы скрывать сражающихся, болото казалось спокойным и тихим, лишь иногда били молнии с чистого неба, а вода была покрыта тонкой ледяной коркой. Чжень шёл вперёд, ломая хрупкий лед и внимательно глядя по сторонам. Что-то мелькнуло слева, юноша ушёл в сторону, и холодный воздух обжёг его ноздри. Крупная, длиной в полтора бу, ледяная стрела торчала из воды. Через мгновение она исчезла.