Книга Трясина, страница 87 – Борис Саркисов

— Почему? — живо поинтересовалась она.

— Выяснилось, что она не способна рожать, а ребенок, по моему твердому убеждению, главный стержень семейного благополучия. — Улыбнувшись, изрек: — Шекспир был прав, говоря, что лучше быть хорошо повешенным, чем плохо женатым… Словом, обычная жизнь, сплошная проза. У тебя еще имеются ко мне вопросы?

— Имеются, — допив остатки спиртного, сказала она. — Ты приглашаешь меня к сотрудничеству, а я топком не знаю, чем ты занимаешься.

Жан не стал скрывать о своих делах и заботах, поведал в общих чертах о расследовании, о жертвах, которые следуют одна за другой.

— Ты дважды упоминал имя Колымея, — задумчиво проговорила она.

— Я слышала о нем. И не раз. Это ведь отец Рэма — он говорил о нем, называя того безнадежным мистиком и колдуном, возомнившим себя титаном современной мысли и тому подобное. Он не любил отца и говорил об этом открыто. Тот погиб, кажется, утонул… Впрочем, стоп! — внезапно она вспомнила. — Ко мне в фотоателье приходила довольно милая девушка со странным именем — Кассандра. Она принесла старенькую фотографию женщины и попросила увеличить для рамки тридцать на двадцать. Я обратила внимание на обратную сторону карточки. Там было написано от руки: «Колымею от Катерины на вечную память».

— Ты записала ее адрес? — поинтересовался Жан.

— Конечно. Он у меня там, в ателье. Из разговора с Кассандрой следует вывод, что ее отец жив. Но тот ли это Колымей, понятия не имею. Зато прекрасно знаю, что у Рэма никакой сестры не было.

— Я же говорил, что ты можешь быть полезной следствию! — воскликнул Жан, пожимая ей руку.

— Но это так себе, второстепенный факт. Как я понимаю, он ничего не значит для следствия.

— Зато мой напарник, Вадимом его звать, так не считает. Начитавшись всякой мистической литературы, он вбил себе в голову, что полтергейст реальность.

Она непонимающе посмотрела на Жана.

— Ну, помешан на всяких там явлениях, которые происходят в быту не без помощи духов. Мне кажется, он находится под впечатлениями событий двенадцатилетней давности.

— Как?

— Догадываюсь, что он ищет какую-то мистическую связь между гибелью Колымея и исчезновением трупа его сына.

— Все это я назвала бы чушью и нелепицей, если бы…

— Что — если бы?

— Если бы сама не видела покойника на ногах, вполне живого и ходячего.

В ответ Жан махнул рукой:

— Да черт с ними, колдунами, пора делом заниматься, — и он снова наполнил бокалы. — Лучше пропустим еще по одной за благополучие Зинаиды.

Они выпили.

— Спасибо, — сказала она все тем же мягким голосом, — но мне кажется, что мое благополучие поколеблено.

— Что ты имеешь в виду?

— Сегодня до твоего звонка был другой: мужской хриплый голос спрашивал какую-то Милену. Я ответила, что здесь такая не проживает. А он:

«Надеюсь, вы с Осиповым хорошенько провели время в ресторане?» Жан открыл рот от удивления.

— Почему сразу не сказала об этом? — . спросил он, закуривая новую сигарету.

— Мне показалось это не настолько серьезным. Ты полагаешь, что это шантаж?

— Возможно. Ты ведь знаешь, что я расследую загадочные убийства. Быть может кто-то приставлен ко мне, наблюдает за каждым моим шагом. Ведь мы имеем дело с хорошо организованной профессиональной шайкой…

Телефонный звонок прервал разговор. Зинаида кинулась к столику, подняла трубку.