Книга Любительский шпионаж, страница 163 – Дайре Грей

Маг был осторожен. Очень осторожен, не рискуя призывать элементаля и приближаться к месту, откуда вырвался светлый. Он ушел в сторону, но поднялся достаточно высоко, чтобы увидеть радуги, оставшиеся над городом. Словно в насмешку над палящим полуденным солнцем. Семь, десять или вообще пятнадцать — сосчитать переливающиеся цветами потоки света, пересекающие Роману под различными углами, не представлялось возможным. Но элементаль хотя бы покинул город.

Почти сразу после на дороге показались кареты и даже несколько примитивных авто — у кого-то хватило сил принять решение и попытаться разобраться в произошедшем.

Оставшиеся часы Дитрих наблюдал за соседней скалой, прикрывшись легким пологом тьмы и не рискуя выходить на открытую местность. Что бы там ни происходило, чутье подсказывало, что вездесущая секретарь герцога успела скрыться. И теперь предстояло решить, что делать дальше.

Он собирался дождаться появления темного и спросить совета. Следовало бы вернуться обратно к армии. Или напрямую обратиться к союзникам в Изрилионе. Если еще есть, к кому обращаться. Потрясения в столице могут иметь далеко идущие последствия. Если Великий Дож примет решение отозвать войска, чаша весов склонится на сторону Империи. Воевать в одиночку Фреденсберг не сможет.

Дитрих покачал головой. Не такого результата он ждал, отправляясь в путешествие. Совсем не такого. Он жаждал победы. Реванша! Доказать своей семье, что бросила его, что он ничуть не хуже! Но все оборачивалось чем-то слишком похожим на поражение.

— Ты рано расстраиваешься, мальчик.

Незнакомый голос заставил обернуться. На скалу поднялся еще один изрилионский солдат. У этого глаза были на месте, но их полностью затянула тьма.

— Нашел новое вместилище?

— Пришлось спрятаться. Сложно найти тело в таком хаосе. Взял то, что подвернулось под руку и не пострадало от лап моего собрата.

— Многих он убил?

— Нет… — изрилионец пожал плечами. — Даже странно. Я думал, он выжжет всю скалу своей силой, а он предпочел рушить храмы в городе.

— Я видел ослепленного солдата.

— Не повезло. На свет нельзя смотреть долго. Поверь, если бы свет захотел, эти люди пали бы, пораженные молнией. А он лишь посверкал и улетел. Такое милосердие обычно ему не свойственно.

— А темных элементалей еще считают самыми опасными…

В ответ раздался тихий смех.

— О, я уже давно привык, что справедливости не существует. Люди всегда боялись тьмы и тянулись к свету, забывая, что мир был сотворен в равновесии.

— И что мы будем делать дальше? Эта неугомонная фройляйн опять сбежала, ведь так?

— Сбежала… С остальным сейчас разберемся. Так, братец?

Дитрих обернулся.

Он сидел на одном из камней у самого обрыва. Радужный хвост падал до самой земли. Золотые перья блестели в лучах солнца, постепенно обретая рыжий оттенок. А глаза сверкали смертельно-голубым. Облик напоминал орлиный. Нисколько не преувеличенный. Размерами обычная птица. Если забыть о разрушениях, ослепленных людях и запахе озона, от которого волосы попытались встать дыбом.

— И как тебя угораздило угодить в темницу на триста лет? — изрилионец сложил руки на груди, глядя на элементаля с насмешкой.

Тот склонил голову на бок и ответил клекотом, в котором разобрать человеческую речь не представлялось возможным.