Книга Утилитарная дипломатия, страница 38 – Дайре Грей

И они уехали. Но все изменилось. С того дня Валенсия начала смотреть на герцогиню иначе. А заодно ловить на себе внимательные, оценивающие взгляды.

— Вместе с письмом от управляющего пришло еще и послание от Марко, — неторопливо начала она, стараясь привлечь внимание гостьи.

— И что же пишет наш принц-головорез? — сразу же подхватила тетушка, тонко чувствующая момент.

Марко был вторым сыном короля и выбрал своим призванием море. Он с подростковых лет сбегал из дворца и пробирался матросом на какой-нибудь корабль. Его искали и возвращали, а иногда он возвращался сам. Отец гневался, но прощал ему выходки, а потом разрешил служить во флоте.

— Сейчас он наблюдает за строительством кораблей в Градане, и обратил внимание на странные слухи, которые распространяются среди моряков.

— Его Высочество придает значение слухам? — вежливо удивилась герцогиня, но в глазах появилась заинтересованность, что и требовалось.

— Марко придал им значение настолько, что решил упомянуть в письме. Контрабандисты говорят, что у берегов Фреденсберга видели грузовые корабли Альбиона.

— Но что странного в торговле между Альбионом и севером? Разве они не находятся в торговых отношениях? — спросила Долорес, нахмурившись. Все же она еще слишком молода. И слишком мало знает о некоторых тонкостях. Хорошо будет, если братья и матушка ее просветят.

— Полагаю, дело в том, что корабли видели там, где обычно им делать нечего, — сделала вывод гостья. — Мой супруг любит слухи и наверняка найдет им применение.

Прекрасно, теперь можно оставить политику в стороне и вернуться к более приятным женским делам.

— Я хотела обсудить с вами… — начала Валенсия, но ее прервало появление императрицы.

Ее Величество не потрудилась прислать камеристку с запиской или одну из придворных дам, чтобы предупредить о своем визите. Вместо этого она вошла в гостиную с таким видом, будто собиралась воевать. И даже не взяла в помощь ни одну фрейлину.

— Ваше Величество, — прошелестело по гостиной, пока все присутствующие поднимались с мест и приседали в реверансах.

— Чем мы обязаны счастью видеть вас? — решила начать беседу Валенсия, пока остальные занимали свои места.

Ноздри императрицы трепетали от гнева, а обычно невыразительные серые глаза метали молнии. Она сжала тонкие губы и выше подняла подбородок, будто желая компенсировать разницу в росте.

— Вы прекрасно знаете, почему я здесь, — процедила она. — И я желала бы говорить с вами наедине. Немедленно.

В таком случае стоило бы назначить аудиенцию и пригласить будущую невестку на свою территорию, но здесь, в покоях, выделенных для посольства, Валенсия чувствовала себя почти как дома. И могла не подчиняться чужим прихотям.

— У меня нет секретов от присутствующих дам, Ваше Величество. Вы можете смело говорить при них, тем более, что скоро все мы станем одной семьей.

— Семьей? — голос императрицы опасно задребезжал. — Вы не успели еще войти в мою семью, а уже смеете распоряжаться в моем доме!

Видимо император все же рассказал матери о будущем переезде. Или она узнала все сама.

— Дворец стал вашим домом лишь после того, как вы вышли замуж за Его Величество Георга Первого, который скончался еще пять лет назад. Я понимаю, почему вы оставались здесь все прошедшие годы. Ваш траур, а затем траур вашего сына безусловно сплотили вас, но теперь у него будет поддержка в лице жены, а вы сможете позаботиться о себе. Разве в происходящем есть что-то дурное?