Книга Утилитарная дипломатия, страница 40 – Дайре Грей

— Ваше Высочество, — семейный доктор Сантамэлей прибыл точно в назначенное время.

Невысокий, все еще не утративший стройность фигуры и легкость походки, с выбеленными временем волосами, но молодым лицом, почти лишенным морщин, и ярко-синими глазами. Водник. И весьма сильный. Разменявший шестой десяток и почти полжизни прослуживший императорской семье.

Доктор Вебер коротко поклонился, не выпуская из рук неизменного саквояжа, с которым, кажется, не расставался никогда.

— Присаживайтесь, — Кристиан указал гостю на кресло для посетителей. — Сегодня вы здесь для беседы, а не для процедур. Что-нибудь выпьете?

За окном дул ветер и явно собиралась гроза. Первая в этом году. Отгремит, смоет грязь и холод, оставшиеся после зимы, и вот тогда весна начнется по-настоящему.

— Я предпочел бы чай, если это возможно. На улице очень холодно.

— Конечно, — герцог бросил взгляд на дворецкого, предусмотрительно задержавшегося на пороге, и дождался величественного кивка, после чего слуга удалился, прикрыв за собой дверь. В ближайшие несколько часов их никто не побеспокоит.

— Хорошо ли себя чувствует Ее Светлость? — осведомился доктор, устраиваясь в кресле. Саквояж он поставил на пол, чтобы иметь возможность подхватить его в любой момент.

— Все хорошо, благодарю вас, — Кристиан тоже устроился удобнее и сдвинул бумаги на столе, полностью сосредотачиваясь на предстоящей беседе. — Я пригласил вас, чтобы задать несколько вопросов о том, что произошло довольно давно, но чему вы возможно были свидетелем.

Гость чуть нахмурился и подобрался, всем видом выражая готовность отвечать. Взгляд у него стал внимательный и цепкий.

— Я вас слушаю, Ваше Высочество.

— Речь пойдет о моей покойной сестре, принцессе Гретхен-Луизе. И непосредственно об обстоятельствах ее смерти.

Лицо Вебера дрогнуло и стало печальным. Он несколько раз кивнул, словно соглашаясь с чем-то, а потом тихо проговорил:

— Вы все-таки узнали…

— Полагаю, подробности расскажете мне именно вы. Я же обладаю лишь весьма скудной информацией и смутными подозрениями, которые вы можете либо подтвердить, либо опровергнуть.

Если быть совсем точным в его распоряжении находились лишь несколько пометок, сделанных в архивных документах, которые Гретхен изучала. Образец почерка, старый скандал и интуиция.

За окном заметно стемнело, хотя до вечера еще далеко. Сверкнула молния, где-то в отдалении ударил гром.

— Что ж… Раз вы пригласили меня именно для разговора, вы позволите мне быть откровенным, Ваше Высочество?

— Именно на откровенность я и рассчитываю.

Потому что, видят элементали, других свидетелей тех событий в живых уже не осталось. Тайная полиция проверила слуг, находившихся тогда в поместье, но так ничего и не добилась. Слишком много времени прошло.

— Тогда позвольте начать с начала… К сожалению, информация, которой обладаю я, тоже весьма скудна, но я расскажу вам все. Возможно правдой я смогу искупить хотя бы часть своих ошибок.

Он все еще не мог простить себе выкидыши Ивон и смерть Надин с младенцем. Хотя в обоих случаях вины доктора не было. Он сделал все, что мог, но смерть порой безжалостна.

— Откуда вы хотите начать?

— С моей практики после Академии. Вы знаете, как нас отбирают?

— Признаться, никогда не интересовался этим вопросом.