Книга Прикладная рунология, страница 96 – Дайре Грей

Она дождалась, пока служанка уснет. Выскользнула из квартиры. Поднялась на чердак. А оттуда, побродив в темноте, освещенной лишь светом фонарей через крохотные круглые окна, нашла выход на лестницу для слуг и спустилась к черному ходу. Сердце все это время стучало где-то в горле. Она едва не кинулась бежать, когда на лестнице столкнулась с кем-то из слуг. Но молодой лакей лишь прошел мимо, спеша куда-то наверх. К счастью.

Милисент же спустилась вниз. Вышла на улицу и поспешила прочь. Ее не пугала ночь. Грабители. Насильники. Убийцы. Все они казались чем-то совершенно нереальным по сравнению с угрозой суда и приговора, которые с каждым днем казались все ближе.

Поэтому, когда из переулка выступила огромная, темная фигура, баронесса даже не попыталась ее обойти, продолжая двигаться в выбранном направлении. Зря.

Сильная рука схватила ее за предплечье и дернула в темноту прежде, чем она успела издать хоть один звук.

Милисент запоздало попыталась закричать и начала вырываться, но рот закрыла широкая ладонь. Ее сдавили так крепко, что воздух застрял в легких.

— Тише, не дергайся. Сейчас отпущу.

Мимо переулка как раз прошла пара жандармов, направляясь к ее дому. Стоило им удалиться, как сжимающие ее руки разжались.

Женщина жадно хватанула ртом воздух и закашлялась, даже не пытаясь бежать. Куда ей от такого громилы?

— Прошу прощения за такое знакомство, фрау Шнайдер, но нам с вами лучше пока не попадать на глаза полиции, — мягко произнес незнакомец.

— Вы… вы кто? — выдавила она, ощущая странную обреченность. Сбежать не выйдет. План и раньше выглядел шатким, а теперь…

— Я? Если по полному имени, то Альберт-Ханс-Теодор фон Хартман, но вы можете звать меня Берти.

— Хартман? — имя вызвало вялое удивление.

— Не граф. Я младший. У нас с вами есть несколько общих друзей, и меня попросили приглядеть за вами на случай, если… что-то произойдет.

Вот оно и произошло. Друзей… Нет у нее друзей.

— Я арестована? — обреченно поинтересовалась Милисент, смутно ощущая приближение то ли истерики, то ли обморока.

— Арестованы? Нет, мы с вами сейчас пройдемся по улице, поймаем экипаж и прокатимся по одному известному вам адресу. Вы там будете в безопасности. Полной. Обещаю.

Адресу. Наверное, от страха она окончательно отупела, но услышанное в голове не откладывалось совершенно. Милисент не сопротивлялась, когда мужчина забрал у нее саквояж, когда он подхватил ее под руку и повел по улице куда-то в одну известную ему сторону. Она просто шла. Переставляла ноги и не ждала ничего хорошего. Поэтому когда рядом остановился экипаж, распахнулась дверца, и раздался знакомый голос, она едва не упала:

— Значит, все-таки сбежала.

— Ульрике? — выдохнула баронесса, боясь поверить.

— Я же говорил, у нас с вами, фрау, есть общие друзья, — Хартман легко подхватил ее за талию и подсадил в экипаж, а затем сунул внутрь саквояж. — Как Кристиан? — поинтересовался он, забираясь следом и тесня ее на сидении.

— В порядке, насколько это возможно, — невозмутимо ответила любовница Великого герцога Сантамэль, и взглянула на нее. Экипаж уже ехал дальше, отсветы фонарей скользили по стенкам кареты, попадая внутрь через окна. Милисент успела отвыкнуть от качки и подобного передвижения, предпочитая использовать собственный автомобиль. — Ты пока поживешь у меня. Кристиан все решит. Скоро этот кошмар закончится.