Книга Скромница и Сердцеед, страница 19 – Лана Ежова

В зале совещаний разлилась удивленная тишина.

— Невестка Черемета беременна? – недоверчиво уточнила Саша. – Нам об этом не сообщили, да и нет у нее животика… Откуда информация, Макс?

Он ткнул пальцем вверх и пошутил в рифму:

— Оттуда. Увидел сквозь артефакты, которыми увешана будущая мать.

— Так это все меняет! – взбудораженно воскликнула начальница.

Я подавила улыбку: она радуется не только новой зацепке, но и предвкушает открывшиеся возможности. Попал Макс, агентство будет пользоваться его способностью вовсю.

Впрочем, он явно не против, иначе молчал бы.

Я перевела взгляд и ощутила, как перехватывает дыхание.

Платье… белое в черный горох…

Внизу, по тротуару, шла стройная шатенка в элегантно пошитом наряде и беззаботно улыбалась своим спутникам.

Даже на расстоянии я могла распознать эмоции: радость в душе девушки, восторг в парне слева и жгучую зависть в темноволосом мужчине справа. Влюбленная парочка и их друг, точнее совсем не друг, медленно брели по охваченной зноем улице.

Платье без рукавов подпоясано черным поясом, пышную юбку игриво трепал ветер – девушка выглядела невесомой бабочкой. Запрокинув голову, она беззаботно рассмеялась – и брюнета накрыло распирающей похотью.

Белое платье в черный горох… жгучая ненависть и грязь чужой похоти…

Странная комбинация, которая уже была в моей жизни.

Воспоминания, как водоворот, вмиг затянули в темную глубину.

Элис

Четыре года назад…

Белое в черный горох, с алым поясом и пышной юбкой ниже колена – платье мне шло безумно! А еще я его украла, и это делало наряд вдвойне привлекательным. Ничего, осталось совсем немного потерпеть, и перед отъездом в университет свистну всю одежду моей мамы, которую тетка, обозвав греховной, закрыла на чердаке.

Это же надо – греховная одежда!.. И выдумали же в секте, которую посещает тетка. Разве не люди совершают дурные поступки? А одежда – это всего лишь ткань.

И уж точно гардероб моей мамы не был ни вульгарным, ни откровенным. Элегантные, стильные вещи, которые не смогли налезть на дородную тетку, вот и стали неугодными.

В зеркале отражалась красивая, стройная синеглазая девушка с платиновыми волосами, собранными в толстую длинную косу до копчика. Лицо без капли косметики выглядело свежим в душную летнюю ночь. Наверное, я единственная, кто к концу выпускного бала выглядела так же свежо, как и к его началу.

И чувствовала себя отлично, не зря я не пила, не зря!

В сумочке завибрировал эргофон. На дисплее фото – симпатичная брюнетка с брезгливо поджатыми губами.

В который раз убеждаюсь: нельзя вспоминать тетку, она словно чует и дает о себе знать.

— Да, Марья, – ответила я наигранно сонным голосом.

— Элеонора, ты спишь?

Подозрительный вопрос. Я насторожилась. Соседи видели, как я уходила, и настучали?

— А что мне еще делать?

— Не вздумай врать, Элеонора, Всевышний не прощает лжи и всегда карает грешников! – пригрозила тетка и отключилась.

И что это было? Проверка связи?

Она явно что-то подозревает… Как же мне надоел этот тотальный контроль! Осталось подождать несколько месяцев – и я буду свободна.

Ну а пока придется потерпеть и придирки Марьи, и ее гиперопеку. Лишь бы она не догадалась о моих планах, иначе опять потащит в свой молитвенный дом слушать проповеди пастора, а то и хуже – навесит заклинание слежки, как уже неоднократно грозилась. Везет, что оно дорогое и прижимистой тетке не по карману.