Книга Отец моей подруги, страница 83 – Асия Кравец

Ясемин, бледная до синевы, вжалась в спинку дивана, закрыв рот ладонями.

Карим сделал шаг вперед. Медленный. Тяжелый.

— Ты решила, что можешь просто заплатить моими деньгами какой-то девице и влить чужую кровь в мой род? Ты думала, что я настолько ослеп от своего долга перед тобой, что не почувствую этой гнили? Ты думала, что я буду воспитывать чужого ребенка, а ты будешь ходить королевой?

Он посмотрел на женщину, с которой прожил почти двадцать лет, и не увидел в ней ничего. Одна пустота, фальшь, обман. Красивая обертка. А внутри гниль.

Карим выпрямился, и его взгляд стал стальным.

— Дорогой, послушай меня, пожалуйста, - начала блеять она, но он вскинул руку, сжал ее в кулак до хруста.

Посмотрев в глаза Зайнап, выдохнул и тихо, но отчетливо произнес те самые слова, которые по традиции обрывали все нити:

— Я развожусь с тобой. Я развожусь с тобой. Я развожусь с тобой, Зайнап.

Воздуха в гостиной не осталось.

Зайнап вдруг показательно рухнула на ковер, заходясь в громком рыдании, хватая ртом воздух, но Карим оставался недвижим, как скала.

Она выла и пыталась схватить его за ноги, подползая на коленях, но Карим лишь сделал шаг назад, брезгливо глядя на ту, которая еще тридцать секунд назад была его женой.

— На днях ты уедешь к своим родителям, - резко произнес он. - В ту нищету, из которой я тебя взял. Ты не возьмешь из этого дома ничего, кроме одежды. Тряпки, так и быть, забирай. Но ни одной копейки со счетов ты не снимешь. Ты больше не носишь мою фамилию. Ты никто. Я разрешаю тебе также забрать все драгоценности. Если будешь жить скромно, хватит надолго. Это тебе за то, что когда-то родила мне Ясемин.

— Папа! - Ясемин вскочила с дивана, ее лицо перекосилось от паники. - Ты не можешь! Это всё из-за нее, да?! Это Юлька тебя охмурила?! Мама просто хотела спасти семью, она любит тебя! Ты рушишь всё ради этой дешевой дряни!

Карим шагнул к дочери так резко, что та осеклась, попятившись.

— Закрой рот, Ясемин, - прорычал зло. - Если ты еще раз посмеешь оскорбить Юлю или хотя бы посмотришь в ее сторону с ненавистью, ты последуешь за матерью. В ту же секунду я лишу тебя всех карт, счетов, квартиры и даже этого дома, где ты выросла. Ты забудешь, что такое шопинг в Милане и отдых на Мальдивах. Ты будешь жить на то, что заработаешь своими руками, если они на что-то способны. В мои дела больше не лезь. Никогда. Рано или поздно Юля станет моей женой. И ты примешь это. Ну, или нет. Это твое право. Но вредить Юле ты не будешь. Даже если тебя попросит твоя глупая мать. Я все доходчиво объяснил? – склонился к дочери, пытаясь перекричать вой Зайнап, которая все еще ползала по полу и пыталась схватить его за ноги.

— Папа, не поступай так с мамой. Прошу, не разводись с ней.

— Уже развелся. Адвокаты завтра продолжат, - он обошел скулящую Зайнап и вышел, не удостоив женщину даже последним взглядом.

Дорога до квартиры Юли пролетела как в тумане. Карим вел машину на пределе, выжимая из мотора всё, словно пытался убежать от того зловония вранья, которое осталось в его особняке. Он никогда больше не сможет там жить.

Когда открыл дверь своим ключом, Юля вздрогнула. Она стояла в прихожей, всё еще в том самом сером костюме, который он выбрал для нее утром. Вид у нее был растерянный.