Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 11, страница 61 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Леон, доедай, — я поднялся, поправляя перевязь меча.

Тень мгновенно выбрался из-под стола, отряхиваясь и облизывая все три морды после еды.

— Куда мы теперь? — спросил Леон, проглотив кусок мяса и вытирая руки.

— В Замок Крови, — ответил я, глядя на темнеющее за окном небо. — Посмотрим на этот турнир своими глазами. У меня появилось желание проверить, насколько крепкие черепа у местных чемпионов.

И мы вышли из трактира в прохладную ночь. Путь предстоял неблизкий.

Путь к Замку Крови занял остаток ночи и добрую половину следующего дня. Мы шли с караваном по выжженной каменистой равнине, где каждый шаг поднимал облачка серой, въедливой пыли, оседающей на плащах и сапогах.

Воздух здесь имел густой, тяжелый привкус железа и пепла. Божественный континент не баловал путников приятными пейзажами, он сразу обозначал свои суровые правила: выживай или становись удобрением для местной флоры.

Замок возник на горизонте внезапно, прорезав серую дымку своими черными шпилями. Этот Игнис знал толк в монументальной архитектуре и в подавлении чужой воли одним лишь видом своей резиденции. Цитадель вырастала прямо из кратера колоссального потухшего вулкана. Стены из обсидиана и базальта, отполированные вековыми ветрами, уходили ввысь на добрую сотню метров, сливаясь с отвесными скалами в единый, несокрушимый монолит. На их зубчатых вершинах пылали огромные бронзовые жаровни, отбрасывая кровавые, танцующие блики на окружающую пустошь.

К главным воротам, окованным потемневшим от времени металлом, вел широкий каменный мост. Он был перекинут через ров, заполненный медленно булькающей магмой. Жар от него ощущался за сотню шагов, высушивая кожу, заставляя щуриться и стирать выступивший на лбу пот.

Прилегающие к замку территории напоминали растревоженный муравейник. Тысячи шатров, палаток и временных деревянных бараков усеяли скалистое плато. Торговцы, наемники, кузнецы, лекари и откровенные бандиты разбили здесь огромный лагерь.

Гул голосов, звон кузнечных молотов и ржание ездовых зверей сливались в единый, непрекращающийся шум.

Тень шел у моей левой ноги, игнорируя недовольные и опасливые взгляды соседей по тракту. Пара особенно ретивых бойцов в тяжелой броне попыталась оттеснить нас с дороги, демонстрируя свое превосходство. Хватило одного глухого, вибрирующего в груди рыка из трех пастей, чтобы они резко свернули в сторону, освобождая путь. Пес умел доносить свои мысли без лишних движений.

— ПАХНЕТ ПАЛЕНОЙ ШЕРСТЬЮ, СЕРОЙ И ГОРЯЧЕЙ КРОВЬЮ! — радостно прогудел Кебаб из ножен, слегка согревая металл на моем бедре. — ЗДЕСЬ МНЕ ОПРЕДЕЛЕННО НРАВИТСЯ! ГОСПОДИН, ДАВАЙТЕ УСТРОИМ ИМ БОЛЬШОЙ ПОЖАР! Я ВИЖУ ВОН ТЕ ДЕРЕВЯННЫЕ ПОСТРОЙКИ, ОНИ ТАК И ПРОСЯТСЯ, ЧТОБЫ ИХ ОБРАТИЛИ В ПЕПЕЛ!

— Держи свой энтузиазм при себе, зажигалка, — тихо ответил я, поправляя воротник плаща. — Мы пришли за информацией и оценкой местных сил, а не для сноса недвижимости. Хотя, кто знает, как оно пойдет.

Мы подошли к пропускному пункту у ворот. Очередь из желающих попасть внутрь тянулась на несколько десятков метров. Разношерстная публика, закованная в шипастую броню, обвешанная тяжелым оружием, источала густые, тяжелые ауры маны. Местные полукровки, дети богов различных рангов, пришли сюда за славой и кристаллами небесной слезы.