Книга Искры на ветру, страница 111 – Илья Карпов

Лоцман подмигнул Грегориону единственным целым глазом и громко засмеялся.

Проходя мимо самых разных людей из самых разных концов земли, инквизитор думал, как же, всё-таки, велик мир. Его собственное давнее путешествие в Ригенскую империю было теперь чем-то далёким, словно нереальным. Долгое время его миром был столичный храм Троих, город и окрестные поселения. В общем-то, на жизнь Грегорион не жаловался, но только сейчас в его голове появились мысли, что, возможно, служба в инквизиции — это не единственный доступный ему жизненный путь. В памяти всплыло лицо Марты. И вдруг Грегориону пришло в голову, что эта милая девушка и есть та причина, по которой он столь долгое время прозябал на одном месте, и это место казалось ему, в общем-то, сносным. И он понял, что, не будь Марты, церковные будни быстро бы ему опротивели. По возвращении нужно сказать ей обо всём, что лежит на душе. И уехать. Да, уехать подальше, возможно даже в Риген, выбрать имперскую провинцию поспокойнее, где можно провести остаток дней. И вырастить детей. Грегорион впервые за многие годы задумался о семье и детях, а ведь он был уже не молод. Особенно для инквизитора. В памяти вновь мелькнула страшная поговорка: «Редкий инквизитор доживает до старости, но каждый доживает до седин».

Высокие решетчатые врата не могли не внушать уважения к создавшим их мастерам. Символ Академии, окружённый изображениями магов, сцен магических битв и стихийных заклинаний, воплощённые в металле, завораживали и притягивали взгляд. Остановившись, и оглядев всю композицию, Финн восхищённо выругался.

Сразу же после этого с одной из башенок, высившихся по обе стороны от ворот, выглянул старик в серебристом балахоне. Увидев его, инквизитор решил, что он спустится по лестнице, однако тот, к изумлению, просто спрыгнул вниз. Но вместо того, чтобы переломать себе ноги о брусчатку, старик взмахнул руками, и инквизитора вместе с лоцманом обдало порывом ветра. Воздушный поток, подхвативший травинки и немного дорожной пыли, смягчил падение настолько, что маг мягко опустился на землю возле Грегориона.

— Добро пожаловать в Академию Вальморы, — радушно произнёс старик. — Вы пришли навестить одного из учеников?

— Я здесь по поручению Патриарха Хельдерика, — инквизитор продемонстрировал цилиндрик с эмблемой церкви. — Для инспекции.

— О! — старик изменился в лице, округлив глаза. — Дело серьёзное, но не помню, чтобы заместитель Леврайд предупреждала меня об этом.

— Вы не пропустите меня?

— Что вы, разумеется, пропустим. Но о вашем прибытии будет доложено заместителю архимага, — сказав это, маг поспешно достал из складок балахона ключ с прикреплённой к него тонкой металлической цепочкой и направился к тяжёлому замку, скреплявшему створки ворот.

Финн пожелал удачи и сказал, что возвращается на корабль. С этого момента инквизитор оказался совершенно один в месте полном волшебников, которые, очевидно, были ему не рады. Проходя по холлу, он ловил на себе взгляды, полные недоумения, подозрений и откровенной злобы. Ни для кого не было секретом, что именно церкви Академия обязана своему теперешнему изолированному положению. После восстания Моршада многие лорды были готовы избавиться от магов навсегда, к чему их и подталкивали священники. Если бы не Архимагистр Геллерт, Энгата совсем лишилась бы волшебников.