Книга Ни богов, ни королей, страница 137 – Илья Карпов

— Насколько позволят его силы. Полагаю, что Вингевельд может делать это сколь угодно долго, раз уж ведёт их столько времени.

— А как далеко он может делать это?

— Хороший вопрос! — воскликнул маг, поняв, к чему клонит наёмник. — Даже если он очень могуч, способность контролировать мёртвых должна ограничиваться хотя бы возможностями его собственного разума. Это как… Как если читать десяток книг одновременно и…

— И жонглировать при этом бутылками, — добавил Игнат.

— Да, вроде того.

— Так сколько? — нетерпеливо спросил Таринор.

— Думаю, четверть мили, может, половина. Во всяком случае, приказы он отдавать им уже не сумеет.

— Вот оно, — наёмник сложил ладони. — Нужно растянуть его силы. Наша армия состоит из множества отрядов, у каждого из которых свой командир. Вингевельд же единолично командует всем войском. Каким бы могущественным магом он не был, он всего лишь человек и не может следить за всем одновременно. Мы атакуем с разных сторон, как…

— Как комары! — вдруг радостно сказал Иггмур.

— Именно! — согласился Таринор. — Окружим его армию, словно комары, и он не сможет прихлопнуть нас всех. Нужно будет как можно скорее добраться до него самого. Драм, сумеешь сделать это?

— Не уверен, что смогу убить его один, — нехотя признал эльф.

— Прорубимся к нему вместе, — оскалился Тогмур.

— А потом прибудем мы с Игнатом, — произнёс Маркус.

— Это уже походит на план, — с облегчением улыбнулся Таринор. — Пусть я ни разу не продумывал стратегию для такого количества солдат, но ни у одного полководца не было таких необыкновенных соратников. Ты хотел написать об Энгате, Тиберий? Клянусь, тебе будет, о чём написать!

Армия Таммаренов покидала окрестности Высокого дома на рассвете. Таринор уже семь лет не был в войсковом обозе и, глядя на шагающих солдат, которые что-то рассказывали друг другу, делили сухари и разбавленное вино, в его душе появилось щемящее чувство ностальгии. Когда-то и его так же занесло на войну, и он точно так же, как эти безусые юнцы, ничего о ней не знал. Но перед тем Таринору, по крайней мере, пришлось сполна хлебнуть наёмничьей жизни, так что он не тешил себя мечтами о подвигах, а у этих ребят и того не было. Ох и непросто им будет.

Зато те, кто выживут, смогут с полной уверенностью рассказывать, что одержали победу над самой смертью, тогда как он участвовал всего лишь в ещё одном дележе власти и земель между сильными мира сего. Да, в Войне короны не было ничего героического или достойного. Эдвальд Одеринг просто отомстил за убийство своей загулявшей на стороне сестры, попутно прихватив себе корону и власть над страной, превращённой им самим в истекающего кровью зверя. Ему, Таринору, просто повезло воевать на стороне победителей. Вряд ли к безродному наёмнику проявили бы и без того редкое в этих краях милосердие, окажись он среди проигравших. Таринор понимал это уже тогда, будучи моложе и, наверное, глупее, когда так же шагал на свою первую битву среди солдат, многих из которых видел первый и последний раз в жизни.

Наёмник вместе со спутниками ехал в отдельной повозке в хвосте обоза, и Игнат с радостью отметил, что войско Таммаренов движется куда быстрее, чем королевское, когда они выступали на Лейдеран. Маркус с опаской глядел на небо, опасаясь, что пойдёт дождь, и вся их огненная тактика пойдёт прахом. От архимага можно ожидать всего, но, к счастью, небо оставалось чистым и безоблачным, вселяя в сердце надежду. И всё же чем дальше они ехали, тем холоднее становился ветер, сводя на нет солнечное тепло.