Книга Тень железной руки, страница 74 – Илья Карпов

Командующий гвардией брезгливо поднял Вайса и, подхватив под руку, выволок из лаборатории, хотя тот едва передвигал ноги.

— Теперь, что касается вас, Карл… Эрниваль! — громко позвал король, и телохранитель матриарха вошёл в помещение. — Этот человек обвиняется в покушении на жизнь короля. Единственное наказание, достойное этого преступления, смерть.

Рия и Альбрехт стояли не в силах шелохнуться. Девушке казалось, что каменный пол уходит из-под ног, она держалась из последних сил. Больше всего на свете ей сейчас хотелось только одного, чтобы дедушка сейчас применил все свои магические силы и размазал короля и матриарха о стены лаборатории.

— Никого не выпускай из помещения, Эрниваль, — сказал король и вновь обратил полный жестокости взор к побледневшему Карлу. — Полагаю, приговор можно привести в исполнение прямо здесь. Мы дождёмся возвращения сира Гильяма и станем свидетелями торжества справедливости.

— Ваше величество… — алхимик сползал по стенке. — Я… Я могу приготовить новый эликсир! Он будет работать, клянусь! Я всё перепроверю!

— Сколько же времени вы будете добиваться результата? Месяц? Год? Сколько людей вы перетравите своими неудачами? И всё это время я буду кормить и поить своего неудачливого убийцу? Нет, Карл. У вас был шанс, вы воспользовались им… По-своему. Сделали выбор.

— Я в точности следовал рецепту… — голос Карла дрожал, превращаясь в сиплый шёпот. — Клянусь вам!

— Ваше величество! — вдруг воскликнул Альбрехт. — Позвольте мне попытаться спасти жизнь брата.

Король удивлённо взглянул на мага, будто вовсе забыл, что он тоже находится здесь.

— Каким же образом вы собираетесь сделать это?

— Насколько мне известно, обвиняемый в любом преступлении вправе потребовать справедливого суда, но в случае очевидного покушения на жизнь королевской особы судебное разбирательство не требуется.

— Верно, — согласился король. В его взгляде появилось любопытство.

— Так написано в законе Эдельберта Эркенвальда, полагаю, вы не вносили изменений в эту систему.

— Она прекрасно работает. Я не счёл нужным это делать.

— Но этот закон распространяется лишь на суд людей. Людей, склонных ошибаться. Я же взываю к суду поединком. Суду богов. Ведь кто может быть справедливее и беспристрастнее, чем боги?

Эдвальд Одеринг вскинул брови и поглядел на матриарха. Она тоже выглядела удивлённой. После этого он едва заметно улыбнулся и ответил:

— Хорошо, господин Эльдштерн. Вы действительно неплохо знаете наши законы. Но уж не хотите ли вы сказать, что ваш брат станет лично защищать свою невиновность с мечом в руках?

— Я готов выступить в качестве защитника Карла Эльдштерна, — заявил Альбрехт, сделав шаг вперёд. Карл посмотрел на него полным изумления взглядом, а его губы беззвучно проговорили: «нет…»

— Что ж, — произнёс король после недолгих раздумий, — тогда и я вправе выбрать себе представителя…

В этот самый момент в лабораторию вернулся угрюмый командующий гвардией. Его кираса была перепачкана кровью, должно быть, Вайсу вновь сделалось плохо по пути.

— Сир Гильям Фолтрейн, — неожиданно обратился к нему король, — согласитесь ли вы представлять меня на суде богов и доказать виновность Карла Эльдштерна в поединке с его братом?

Командующий окинул взглядом дрожащего у стены алхимика и изо всех сил старавшегося сохранить самообладание Альбрехта. Он облизнул искривившиеся в хищной улыбке губы и, недолго думая, ответил: