Книга Закон Джунглей, страница 78 – Оливер Ло

Гусь к крикам был равнодушен, вместо этого он повёл клювом по ветру, потянул ноздрями. Запах свежей и мокрой капусты, поплыл через сад. Для духовного зверя, набитого ци лотосов, этот запах не должен был представлять интереса, но гусь, по всей видимости, оставался гусем, сколько бы духовной энергии в нём ни набиралось. Крылья сложились, жёлтые глаза сузились, и птица спланировала с навеса прямо к корыту.

Внутренние ученики разом перестали орать и впились глазами в гуся.

Гусь подошёл к свёртку, обнюхал и ткнул клювом. Капуста хрустнула. Полынь внутри была невидима, и горький запах перебивался свежей зеленью. Гусь щелкнул клювом и проглотил сверток.

Мин потянул за верёвку. Палка выскочила, корыто рухнуло, накрыв гуся с глухим деревянным стуком. Из-под донёсся возмущённый гогот, и удары крыльев.

Мин сел сверху трясущегося корыта и ждал. Лунная полынь работала быстро на мелкую скотину, а гусь, при всей своей духовной мощи, весил немного. Когда возня под корытом улеглась, Мин приподнял край и вытащил обмякшую птицу за лапы. Гусь висел вниз головой, с закрытыми глазами и блаженным выражением на оранжевом клюве, будто видел во сне сразу все лотосы вселенной.

Алхимики смотрели на Мина, как на великого мастера. Старший ученик, тот, которого гусь клюнул в ягодицу, стоял с отвисшей челюстью и мечом в безвольной руке.

— Это… — выдавил кто-то у задней стены сада. — Это ученик внешнего двора, первогодка. Гуся, который сломал нашу формацию… поймал.

— Капустным листом, — глухо добавил его сосед.

— И сорной травой.

— Прости Небеса, и я при этом присутствовал…

Мин обронил негромко, словно советовал старшему, какую кашу выбрать на завтрак:

— Корыто и капуста, почтенные старшие. Иногда работает лучше Связывающей Сети Лазурного Неба.

В саду стояла такая тишина, что слышно было, как одна из голубых искр на пере гуся гасла со слабым шипением. Старшего ученика передёрнуло, и в его лицо вернулись все цвета сразу, от бледно-белого к пунцовому, минуя промежуточные оттенки. Меч в руке задрожал. Ответ нашёлся не сразу, и выдавленные слова прозвучали хрипло.

— Ты… ты чему обучаешься⁈

— Я из Палаты Начертаний, — Мин шагнул ближе и протянул птицу. — Мне нужен клей из корня жимолости, два горшка. И, на будущее, простая ловушка проще и дешевле техник. Духовные камни на сачки тратить тоже не обязательно.

У старшего в руках гусь повис старым пледом. Кто-то из задних рядов сорвался на нервный смех, тут же подавленный соседом локтем под рёбра. Горшки Мину выдали молча, и старший практик ещё долго смотрел ему в спину, а ответ, который он искал, запоздал ровно на главу.

* * *

Вечером Мин спустился в Малый Аптекарский сад к деду Лао. Старик сидел на корточках у дальней грядки и ковырял землю мотыгой, Мин присел рядом, прихватив вторую из ведра с инструментами.

— Ты уже ученик Внешнего двора, — заметил Лао, не отрываясь от земли. — Зачем тебе мои грядки?

— Травы-то мне по-прежнему нужны, — Мин выдрал сорняк с длинным корнем. — И руки по земле скучают. Мать с детства приучила, сама всё растила.

Лао хмыкнул и продолжил копать. Работали они в молчании, и тёплый вечерний воздух нёс запах мяты и горной полыни с верхних грядок. Мин прополол половину ряда, когда земля у его левого колена вздрогнула и из грунта выметнулось чёрное сегментированное тело длиной в локоть. Бронированная горная сколопендра с мокрыми от яда жвалами и парой мутных глаз. Тварь рванула к запястью Мина, и он уже видел жвалы, раскрывающиеся перед кожей.