Книга Закон Джунглей, страница 122 – Оливер Ло

Последний выживший практик остановился в десятке шагов от побоища. Парень едва вытянул третий уровень Пробуждения. Меч в его опущенной руке крупно затрясся. Остекленевший взгляд заметался между промороженными кусками соратников и раздавленными останками командира. Онемевшие пальцы разжались сами собой, позволив клинку со звоном удариться о камни. Попятившись, мечник запнулся о собственные сапоги. Он шлепнулся на задницу и отчаянно засучил пятками по дорожной грязи, силясь отползти от этого кошмара куда подальше.

Мин шагнул вперёд, подбирая с земли брошенный клинок. Сталь была дешёвой, баланс смещён, но для дела вполне годилась. Юноша подошёл к ползущему наёмнику и наклонился, заглянув ему в расширенные от ужаса глаза.

— У моей матушки разбита губа, — произнёс Мин так тихо и мягко, что наёмник забыл как дышать. — Скажи мне, чья рука это сделала?

Практик сглотнул, бросил безумный взгляд на крыльцо, на сжавшегося Лян Цзи. Сейчас ему казалось, что слуга клана Син был ниже на голову и совсем не пугал его, тогда как прямо в шаге от него стоял настоящий монстр, жестокий и беспощадный.

Практик указал трясущимся пальцем на крыльцо.

— Э-это он! Это всё Лян Цзи! Господин, пощадите, я просто выполнял приказ…

— Спасибо, — вежливо кивнул Мин.

Клинок в его руке совершил короткое, смазанное движение и вошёл наёмнику точно под рёбра, пронзив сердце насквозь. Человек захрипел, пуская кровавые пузыри, и затих.

Мин вытащил меч и брезгливо бросил его рядом.

— Если бы вы не резали жителей деревни у околицы, я бы, возможно, потратил пару секунд на раздумья о пощаде, — обронил он трупу.

Юноша поднял взгляд на крыльцо. Лян Цзи стоял, вжавшись спиной в косяк выбитой двери. Его кисть, державшая нож у горла Юйлань, мелко тряслась. Кровь отлила от лица слуги, сделав его похожим на пожелтевший пергамент. Отряд, с которым он пришёл, превратился в корм для ворон меньше чем за минуту, а парень, разорвавший их, не потратил ни единой капли своей ци.

— Не подходи! — голос Лян Цзи сорвался на петушиный визг. Он сильнее вжал лезвие, на коже травницы выступила капля крови. — Сделаешь шаг, и я перережу ей глотку!

Мин остановился. И вдруг, глядя на трясущегося убийцу, юноша искренне, открыто улыбнулся.

— Лян Цзи, Лян Цзи… — Мин покачал головой с наигранным сочувствием. — На что ты тратишь свою никчёмную жизнь? Я убил твоего хозяина. Пустил на дно гордость великого клана Син. А ты… вместо того, чтобы обрушить на меня праведную месть и смыть свой позор моей кровью, прячешься за спиной смертной женщины. Разве это путь практика? Разве так должен вести себя человек, служивший самому Син Вэю?

Лян Цзи тяжело задышал, нож дрогнул.

— Заткнись! Ты сдохнешь!

— Подумай сам, — голос Мина обволакивал, словно сладкий, липкий яд. — Что с тобой сделает старейшина Син Юань, когда узнает, что ты бросил его драгоценного племянника умирать? Что ты не уберёг наследника, а вместо его защиты сбежал в глухую деревню, чтобы отыграться на ни в чём не повинной женщине? Он снимет с тебя кожу живьём. Он будет резать тебя по частям, залечивать и резать снова.

Слуга побелел ещё сильнее. Мин нажал на самую гноящуюся, самую больную точку в его сознании. Син Юань не прощал ошибок. А эту ошибку не простил бы и слепой.

— Но есть и другая сторона монеты, — Мин сделал театральный жест рукой. — Представь, что ты вернёшься в Обитель. И бросишь к ногам убитого горем старейшины голову того, кто уничтожил его племянника. Представь лицо Син Юаня. Ты принёс ему отмщение. О, за такое не казнят. За такое, Лян Цзи, щедро награждают. Тебя простят. А учитывая, что наследников у Син больше нет… тебя вполне могут сделать внутренним учеником. Возможно, даже примут в побочную ветвь клана. Уважаемый мастер Лян. Звучит ведь?

Грудь Лян Цзи ходила ходуном. Взгляд заметался, оценивая стоящего перед ним противника. Мин не скрывал своей ауры. Он тяжело дышал. На его щеках блестел пот, одежда была пропитана пылью многочасовой скачки, а талисманы, Лян Цзи видел, он уже использовал.

Очевидная картина для изворотливого ума слуги складывалась идеально, мальчишка истощён. Он загнал лошадь, чтобы успеть. Он выкинул свои сильнейшие талисманы на дешёвых наёмников. Сейчас перед ним стоял обычный первогодка без артефактов и без защиты. Уставшая добыча, которая только и ждёт, чтобы ее прибили.

Если убить травницу, Мин взбесится, будет сражаться как безумный берсерк, чтобы отомстить. Но если убить Мина… Лян Цзи прищурился. Перед ним открывался шанс, который выпадал раз в жизни. Жизнь, богатство, прощение, статус. Нужно было только отрубить эту болтливую голову.

Жадность, вперемешку с отчаянием, отключила инстинкт самосохранения таракана.

Лян Цзи грубо оттолкнул Юйлань. Травница покачнулась и отступила к дверному проёму, освобождая крыльцо. Слуга перехватил клинок удобнее, достал второй, пропитанный ядом, и сделал шаг вперёд, спускаясь по скрипучим деревянным ступеням.

— Твоя голова, Лу Мин, — выдохнул он, и ци седьмого уровня Пробуждения замерцала на лезвии его ножа. — Она искупит всё.

Мин тяжело выдохнул, но в его абсолютно тёмных, безмятежных глазах не было ни капли усталости.

— Так иди и возьми, — тихо сказал Мин.