Книга Системный Друид. Том 3, страница 51 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Я стоял с котомкой на плече и смотрел на него. Маркус сидел на валуне, все так же расслаблено. Ни угрозы, ни скрытого манёвра.

— Ты ведь не просто травник, верно? — спросил он прямо, и в голосе не было лукавства. — Видел, как ты двигаешься по лесу. Уверенно, бесшумно, читаешь местность на ходу, будто родился здесь. Так не ходят сборщики трав. Так ходят люди, для которых лес — это дом, работа и поле боя одновременно. И в таверне ты двигался так, как дерутся те, кого учили убивать, а это совсем другая школа. Даже интересно, кто был твоим наставником…

Я позволил себе секунду молчания, прежде чем ответить. Маркус говорил открыто, и это заслуживало если не такой же открытости, то хотя бы честного ответа.

— Я внук Хранителя Леса, — сказал я. — Лес, действительно, мой дом. Здесь приходится уметь многое, иначе долго не протянешь.

— Хранитель, — Маркус кивнул задумчиво. — Я слышал о них. Старая традиция, почти вымершая. Люди, связанные с дикими территориями, поддерживающие баланс между зверями, лесом и человеком. В гильдии к ним относятся с уважением, хотя лично я ни одного раньше не встречал. Говорят, они еще те затворники.

Он помолчал.

— Если у тебя есть информация, которая может оказаться полезной, я готов заплатить. Хорошо заплатить, — Маркус посмотрел мне в глаза, и в его взгляде больше не было маски, только деловой интерес. — Подземелья, опасные звери, места с высокой концентрацией маны, всё, что поможет нам работать эффективнее. Золотом, серебром, артефактами, чем скажешь. Гильдия платит честно, это я гарантирую.

Предложение было прямым и потенциально щедрым. Я оценил обе характеристики, потому что каждая из них говорила о Маркусе больше, чем все его вопросы и улыбки за последние двадцать минут.

— Подумаю, — ответил я, как бы между прочим.

— Подумай, парень, — Маркус поднялся с валуна, подхватив посох. — Мы здесь задержимся. Хотим двинуться глубже. Но без вреда. Для Хранителя нет повода для беспокойства.

Он кивнул, развернулся и зашагал обратно к тропе. Его фигура мелькнула между стволами, серая куртка слилась с корой берёз, и через минуту поляна опустела, будто его здесь и не стояло.

Я остался один, среди кустов смородины и тишины осеннего леса. Мешочек с ягодами покачивался в котомке, серебристый побег на ладони мерцал привычным мягким светом, и где-то на северо-западе, за скальными грядами и распадками, водопады ревели ровным белым шумом, скрывая за стеной воды вход в подземелье, о котором Маркус пока ничего не знал.

Пока.

Маркус казался порядочным, профессиональным, честным в рамках своего ремесла. Его предложение заплатить за сведения было искренним, в этом я ему верил. Но одна поверхностная беседа на поляне среди смородиновых кустов — это слишком мало, чтобы судить о человеке. Люди глубже, чем первое впечатление: за дружелюбной улыбкой могла скрываться жадность, за деловым предложением — готовность взять силой то, за что не удалось заплатить.

Дейл сидел на лавке в арендованном доме, прижимая к скуле мокрую тряпку, и молчал. Молчание давалось ему тяжелее синяков, потому что внутри всё кипело, бурлило, рвалось наружу словами, которые он сам же задавливал обратно, стискивая зубы до скрежета.

Коул лежал на соседней лавке, уставившись в потолок. Живот ещё гудел от удара каменным кулаком, и каждый глубокий вдох отзывался тупой, ноющей болью под рёбрами, от которой подкатывала тошнота.