Книга Арсенал Регрессора. Том 4, страница 125 – Оливер Ло

Из тени Маэстро поднимались новые фигуры, одна за другой, и Р’льех питал их, закачивая в теневых рыцарей энергию Искажения. Здесь, в сердце кошмара, Курия была сильнее, чем когда-либо.

— Держите, фланги! — крикнул я, и группа рассыпалась.

Святое Пламя хлестнуло по первой волне теней, золотой свет прожёг двух рыцарей, но третий нырнул под удар и выбросил копьё из сгущённого мрака, целясь Лизе в горло. Роман перехватил копьё барьером, золотая вспышка столкнулась с тьмой, и парня отбросило на полшага, но он устоял.

— Они сильнее, чем кажутся! — крикнул Роман. —

Тамамо выдохнула лисий огонь веером, золотое пламя охватило левый фланг, и три теневых рыцаря вспыхнули, корчась в огне. Но на их место из трещин в камне поднялись новые, и их было больше.

Рамона стреляла, чёрный пистолет в левой руке, белый в правой, и каждая пуля Близнецов Миктлана несла след смерти, теневые фигуры рассыпались при попадании, но Санта Муэрте видела то, чего не видели остальные.

— Нити! — крикнула она мне. — Все нити смерти ведут к нему! Убей кукловода, и куклы упадут!

Шульгин работал молча, телекинез швырял теневых рыцарей друг в друга, ментальное давление сбивало их координацию, молнии хлестали по скоплениям.

Один из теневых рыцарей, крупнее остальных, в латах с гербом чёрного грифона, вышел на Шульгина с двуручным мечом. Око опознало оригинал, Ганс Вебер, немецкий рейдер A-ранга, погибший в Альпийском Искажении. Его талант, усиление мышц до запредельных значений, остался в тени, и теневой Вебер рубанул сверху с силой, от которой плиты под ногами Шульгина пошли трещинами. Валерий ушёл перекатом, швырнул телекинетический импульс, отбрасывая тень, и контратаковал молнией в забрало шлема.

Лиза и Тамамо прикрывали друг друга, золотое пламя Святого Клинка переплеталось с лисьим огнём, создавая полосу выжженной земли, через которую тени не могли пройти, но Курия обходила её с флангов, и бой растягивался, затягивая нас в войну на истощение, которую мы не могли выиграть.

Маэстро стоял в центре этого и дирижировал.

Его пальцы двигались с грацией, от которой хотелось отвести глаза. Правая рука поднималась, и правый фланг Курии перестраивался. Левая делала плавный жест, и теневые рыцари смыкали строй. Каждое движение было рассчитано, каждая тень знала свою роль, и весь бой напоминал оркестр, исполняющий симфонию, написанную для одного зрителя.

Белая маска лежала рядом с ним на камне, и я поймал себя на мысли, которая кольнула острее, чем следовало. Белая маска Маэстро, чёрная маска Десятого Короля. Он носил символ света, я носил символ тьмы, и со стороны кто угодно перепутал бы, кто из нас герой, а кто злодей. Лоренцо строил свой образ, элегантный итальянец с белоснежной маской, защитник Европы, Теневой Принц, и никто не заподозрил, что под белым фарфором прячется человек, готовый уничтожить мир ради призрака.

Я пошёл вперёд.

Грань Равновесия запела в моей руке, чёрно-белое лезвие резало тени так, что от них не оставалось даже ошмётков. Разрыв Сущности отменял теневую структуру при каждом касании, Вампиризм тянул энергию из рассечённых фигур, восполняя мои силы, и я врезался в строй Курии, прокладывая дорогу к Маэстро напрямую.

Три рыцаря встали на пути. Я рубанул первого, Грань вошла в теневой щит и развалила его пополам, фигура рассыпалась чернильными хлопьями. Второй ударил копьём, я качнул корпус, пропуская остриё мимо рёбер, и контратаковал горизонтальным ударом, снеся теневому рыцарю голову. Третий оказался быстрее, его меч чиркнул по моему предплечью, оставляя порез, но Грань довершила дело, клинок вошёл в грудь тени, Вампиризм хлебнул энергию, и порез на руке затянулся за секунду.