Книга Профессор магии на полставки. Том 2, страница 67 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— Я не переживаю насчёт петиции, — я стукнул указательным пальцем по столу. — Мне интересно, как отреагируют остальные, если я вызову Яковлева на дуэль.

Аристарх Евгеньевич чуть не подавился от услышанного.

— Алексей, ты ведь не серьёзно? — с надеждой спросил ректор, хорошо зная, что если я что-то решу, то уже вряд ли откажусь.

— Просто мысли вслух. Дуэль — крайнее средство. Прямо сейчас этого делать я не собираюсь.

Услышав мой ответ, Ланцов облегчённо вздохнул и погладил свою бороду. Прямо как от сердца отлегло.

— У магов тьмы и так репутация сейчас пострадала, так отвечая на эту провокацию, ты всё ещё сильнее усугубишь, — заявил ректор, продолжая теребить бороду. — Тем более этот старый хрыч очень силён. Я не могу гарантировать, что ты его победишь.

— Пока не сражусь с ним лично, не узнаю, — убрал я руки со стола и пожал плечами. — Пока что вопрос, касающийся клеветы, оставим на потом. Что там насчёт моей награды?

За спасение Алеева и Морозовой ректор передо мной был в долгу. Увеличиватьсвой долг за счёт турнира он не горел желанием, поэтому предложил «премию» к зарплате.

— Смотря чего ты хочешь. Я могу дать тебе доступ к артефакторной мастерской, у нас и такая есть. Возможно ты там сможешь научиться чему-то новому, с твоей-то тягой к знаниям, — весело усмехнулся Ланцов, после чего откашлялся и добавил: — Как вариант, ещё я могу дать тебе личную мастерскую. А то я смотрю доступ в алхимический корпус ты получил, а всё продолжаешь с Анастасией Владимировной работать и через неё материалы получать.

— Артефакторика это не моё, — я сразу показал руками крест. С детства не люблю пользоваться артефактами. Это заимствованная сила, на которую нельзя полагаться, если хочешь выжить. Если уж и пользоваться ими, то только за редкими исключениями. — Насчёт мастерской — звучит вкусно, но нет нужды. Мне понравилось работать в паре с кем-то. Когда что-то объясняешь кому-то, то и сам углубляешься в процессы. Я воспринимаю это как ещё один вид тренировок.

— Может тренировочных големов, — предложил Ланцов. — Недавно поступили к нам. Эти крепкие, ваши студенты вряд ли их поломают.

— Моим живым теням они все равно не составят конкуренцию, — разочарованно ответил я. А ведь будь они умнее, я бы мог побольше ничего не делать на занятиях. — Может всё-таки дадите доступ к закрытой части библиотеки? Там, где знания по запретной магии лежат в таких, знаете, интересных гримуарах, которые и убить могут.

— Я-то дам, но сразу говорю — ничего интересного ты для себя там не найдешь. Это пустая трата времени.

— У меня иное предчувствие на этот счёт, — покачал я головой.

Не знаю почему, но меня в эту закрытую область библиотеки тянет уже не первый день. Так что если даже я там ничего не найду, то хотя бы успокоюсь.

— Запретный плод всегда сладок, не так ли? — прокомментировал мой выбор Ланцов, и прежде чем я успел что-то сказать, добавил: — Ладно, будет тебе доступ, только сразу говорю — ничего оттуда выносить нельзя. Я за то место отвечаю головой. И на всякий случай будь осторожен.

— Почему? — недоумённо спросил я. Вот уж кому-кому, а мне про осторожность говорить было, мягко говоря, странно.

— Ещё до того, как я стал ректором, один профессор нарушил правило и ночью прокрался туда. После этого его нашли обезумевшим. Как он обошёл печать, я не знаю, и что с ним случилось тоже. ИСБ очень долго изучала всё, что там находится, но ничего не нашла. Это был единственный прецедент, но сам понимаешь… Если ты вдруг обезумеешь, всей Академии плохо станет. Да и не только ей.