Книга Карты, деньги, два клинка. Том 1, страница 28 – Илья Романов, А. Байяр

Нет лучшего способа подорвать веру в богов, если люди станут богами самим себе. Чудеса могут быть рукотворными, и изобретение этого транспортного средства — наглядное тому доказательство.

— Доброе утро, господин. Сегодня вы ранняя пташка.

Водитель распахнул перед мной дверь в салон и, кивнув ему, я уселся на обитое черной кожей сидение. Здесь пахло чем-то терпким и сладковатым, будто бы где-то внутри висел мешочек со специями. Не то что кареты аристократов, где нос способен уловить лишь запах влажного дерева и лошадиного дерьма.

— Куда вы желаете отправиться? — осведомились у меня.

— Для начала, туда, где сытно кормят, — ответил, глядя в окно на жеманно улыбающегося дворецкого. — После — сообщу.

— Как вам будет угодно, Марк Демьянович.

Мы плавно тронулись с места. Так, словно полетели по воздуху. Сложно было бы отбить в этом транспорте задницу.

— У вас есть конкретные пожелания?

— Нет. Лишь бы в такую рань меня пустили за порог.

— Понял.

Всего лишь второй день моего пребывания в этом мире, а я уже соскучился по вонючим придорожным корчмам и пьяным рожам городской стражи. Может, и здесь найдется нечто подобное?

Какой-то придорожный трактир в глуши…

Более века назад…

— Ты когда-нибудь любил? — спросила у меня женщина, в которую я был влюблен.

— Нет.

— И это о многом говорит, Даггер! — весело ухмыльнулась она, подхватила кружку темного эля со стойки и припала к ней губами.

— Например? — вскинул я бровь.

Осушив добрую половину тары, она со стуком вернула ее обратно, вытерла губы от пены тыльной стороной ладони.

— Например… например о том, что ты — законченный эгоист, который думает лишь о наживе. О том, что благие цели «Юстициус» — всего лишь ширма, за которой ты скрываешь свои истинные неблагопристойные намерения, вот о чем!

— А еще законченный лжец, — подкинул я дров в костер ее выводов. — И трус, скрывающийся за людьми, которых нанял на грязную работенку.

— Я думала, что это и без того очевидно, — повела она плечиками. Каштановые локоны блеснули в свете факелов.

Даже сейчас я мог с точностью воссоздать в голове образ Сансы. Ее глубокие карие глаза, россыпь веснушек на носу и щеках, обветренные губы. Хотя с превеликим удовольствием забыл бы.

— Но даже учитывая мои эгоизм, лживость и трусость, я оставил тебя в живых, а себя — без награды, — напомнил ей о своем недавнем провале.

Заказ на отъявленную воровку. Тридцать золотых монет за эту дерзкую девку. Уже прикидывал, каких хороших скакунов приобрету для новобранцев ордена, если бы не один нюанс в лице младшего брата Сансы, ради лечения которого ей и пришлось пуститься во все тяжкие.

В моей практике и прежде возникали спорные моменты. Справедливость супротив репутации и тугого кошеля. Даже взвешивая все риски, я выбирал первое, и теперь меня нагло обвиняли в эгоистичности…

— Только потому, что я больше пригодилась бы тебе живой, нежели мертвой. Хотя если сам господин Даггер соизволил лично пригласить меня в орден, моя жизнь хоть чего-то да стоит.

* * *

— Чего вылупился, благородный господин? — вякнула вульгарно разодетая дама, облокотившись на уличный столб и докуривая сигарету. — Солнышко встало — моя смена окончена. Если… — сделала она жадную затяжку и выдохнула сизый дым, — … если только по-быстрому. В ручном, тык скзать, режиме.