Книга Я вернулся. Том 5, страница 43 – Андрей Ткачев, А. Байяр

— Вот именно поэтому я предусмотрительно захвачу на нашу встречу полиграф.

— Полиграф?.. — непонимающе захлопал он глазами.

Разумеется, в лице моей эмпатичной сестренки, но говорить я об этом не стал.

Хотелось бы задержаться в компании новых союзников подольше, но и упускать ценную возможность — разузнать больше о бывшем ассистенте моего отца, тоже желания не было. В конце концов, я всегда успею заглянуть в особняк семьи Чен на ужин, а ситуация с организатором лабораторий уже была накалена до предела.

Какой вообще человек в здравом уме превратит рыбацкую деревушку в безлюдное поселение? Отправит сотню стариков, спокойно доживающих свой век, на череду жестоких экспериментов? Идеальных модификантов из них всё равно сделать не получится, и, скорее всего, их используют в качестве тестировщиков новых версий сыворотки.

Сиротам уже однозначно не помочь. В прошлый раз мы забрали со склада, возможно, последние порции сыворотки устаревшей версии. Похищение детей было необходимо организатору лишь для заметания следов. Но вот Инхо и его миловидная подружка… Их могут приберечь напоследок, как самых молодых и выносливых подопытных.

Не хотелось окончательно ставить крест на сердобольном наемнике, рискнувшим ради несчастных детей собственной шкурой. Тем не менее, найти конкретное место, где его держат, даже с помощью хакеров — задача практически невыполнимая. Сеть подпольных лабораторий перекинулась уже на материковую часть Кореи, а вот сколько их всего… можно только предполагать. Проблема, да.

Аукцион, на который детектив Кён возлагал чрезмерно много надежд, должен состояться послезавтра. Приглашения на него мы раздобыли, но в самом ли деле один из партнеров загадочного «Третьего» присоединится к гостям?

И не подставит ли меня сам Джинхёк во время мероприятия, выкинув что-нибудь эдакое? До последнего не стоило забывать, что он коп. Коп до мозга костей, преданный своему делу. Ну а ежегодный подпольный аукцион с массой сомнительных лотов и влиятельными покупателями, которые за эти лоты готовы будут выложить баснословные суммы — всё равно, что добровольно запустить изголодавшуюся лису в курятник и слепо верить, что все куры останутся целы и невредимы.

— Как думаешь, — выудила меня Джина из мыслей, — если бы родители были всё еще живы, нам тоже пришлось бы обучаться в университете «Седжон»? Я слышала, что больше мажоров только в Сеульском национальном университете…

Сестра, откинувшись на спинку соседнего сидения, на протяжении всей поездки только и делала, что залипала в смартфон и время от времени посмеивалась над забавными видео. Даже сейчас она задала мне вопрос, не отрывая взгляд от экрана.

— Не знаю, — пожал я плечами, сбавил скорость и принялся искать свободное место для парковки возле территории престижного учебного заведения. — Может быть.

Я до сих пор не посвятил Джину в недавно открывшуюся мне тайну нашего происхождения. Пусть девушка делала вид, что на родителей, бросивших ее еще во младенчестве, ей абсолютно плевать, но новость о том, что у нас в принципе не существовало биологической матери, могла подкосить Джину еще сильнее.

В основном проблема, конечно же, касалась отца и матери Миён, воспитавших неродную им внучку. А так как моя сестра всё еще скорбела по приемному отцу, неожиданно оказавшемуся ее якобы родным дедом, своим рассказом я окончательно запутал бы девушку и сделал бы этим только хуже.