Книга Куница. Том 4, страница 104 – Вадим Оришин

Вертушки, подлетая к аэродрому, не решились приземляться. С земли лупили из пулемётов, пусть пока и мимо, но на открытом пространстве бойцы штурмового отряда всё же уязвимы. Пара вертолётов подошла так близко, как было возможно, снизившись к крышам окружавших аэропорт построек, открыв десантные створки. Одним из первых на крышу спрыгнул Куница, поднимая защитный барьер и заодно скрывающий туман. Под его прикрытием десантировались и остальные. На соседнюю крышу высадились бойцы из второй вертушки.

Обе группы сразу спустились на землю и двинулись к аэродрому. Преграждающий путь забор снёс Куница, вновь поставив защитный барьер. Из зданий аэропорта вели огонь солдаты, но ручное оружие не могло пробить поставленную защиту.

Из ангара показался броневик, не выехавший наружу полностью, чтобы не быть обнаруженным вертолётами, но достаточно, чтобы дать по штурмовикам очередь из автопушки. Куница криками приказал бойцам занять укрытия, а сам побежал вперёд. Прямо на бронетранспортёр, продолжавший стрелять. Куница маневрировал, снаряды автопушки рвались за его спиной или рядом, но по нему не попадали. А от солдат Мартен закрывался магическим щитом, легко останавливающим пули.

С разогнанным зверем ему потребовалось меньше минуты, чтобы пробежать взлётные полосы и стоянку. На конечном участке Куница использовал икар, исчезая прямо с прицела автопушки и появляясь уже у корпуса бронемашины. Он кладёт руку на лист бронированной стали. Магический импульс уходит внутрь, тяжёлая машина лишь слегка вздрагивает, однако замирает. Целая, но лишённая экипажа.

Куница хватает выскочившего из-за угла солдата и прикладывает головой о броню, бросая мёртвое тело на пол. Затем создаёт заклинание и скрывает себя поднявшимся облаком тумана, переместившись в главное здание аэропорта. Через несколько секунд всё внутреннее пространство заполняет поднятый в воздух песок. Сквозь непроницаемую пелену видны вспышки света, несколько раз изнутри выбегали солдаты, вопя и выбрасывая оружие. Три минуты, и песок опадает, а Куница выходит через разбитый центральный ход, передавая по рации:

— Основное здание зачищено.

Транспортные вертолёты начинают высаживать десант. Штурмовая группа спешно занимает позиции. Куница показывает, где достать готовый к бою бронетранспортёр. Группа бойцов штурмового отряда спешит занять диспетчерскую, чтобы подключиться к аппаратуре. Ударные вертолёты расстреливают группу машин, что ехала от города, делают ещё один круг над аэродромом, но на этом всё.

«Земля, я Коготь один. Боекомплект на нуле, топливо подходит. Ухожу на базу».

«Коготь один, я Земля. Спасибо, дальше мы сами», — отзывается командир отряда.

Штурмовой отряд спешно занимает позиции в аэропорту. Куница восстанавливает разрушенную стену, быстро перекрывает ещё несколько уязвимых мест, чтобы через них было не так-то просто пройти. Убирает лишний мусор со взлётной полосы.

«Наблюдатель, вижу группу боевых машин, приближаются со стороны города».

— Наблюдатель, я Куница, принял.

Мартен бежит к главным воротам, откуда проще всего попасть на дорогу. На шоссе стоят брошенные и сгоревшие автомобили, но не слишком плотно, чтобы свободно за ними прятаться. Куница двигается между остовами икаром, сокращая расстояние между собой и противником. Спрятавшись за брошенным пикапом, замирает, ожидая, когда головной танк проедет мимо. А затем икаром запрыгивает на вторую машину, создавая заклинание и ударяя им, как кулаком, прямо по башне. Бронемашину сминает так, будто воздух над ней резко потяжелел на несколько сотен тонн. Трёхметровая машина резко сжимается почти втрое. Куница бросает в ушедший вперёд танк заклинание, маленький шарик огня, который, коснувшись крышки машинного отделения, начинает быстро распространяться по всему корпусу, а сам Мартен прыгает на следующую машину, грузовик, что везёт солдат, едва успевших вскочить и потянуться за оружием. Одна длинная автоматная очередь оставляет в кузове только трупы.