Онлайн книга «Куница. Том 4»
|
Сотней километров севернее на малой высоте навстречу колонне шли самолёты с символикой Российской Империи. «Вершина, я Дрозд один. Выхожу на предполагаемое место встречи», — появилось в эфире. «Дрозд один, я Вершина. Принял». Ведущий чуть качнулся, правя курс, за ним последовали и остальные. Ещё минуту пилоты и операторы всматривались в песчаный пейзаж с тускло-серой линией дороги. Электроника сработала первой, механические глаза системы наведения выловили из песчаной пелены очертания двигавшейся колонны. «Дрозд два-два, цель обнаружена». «Дрозд один-два, подтверждаю, цель идентифицирована». «Вершина, я Дрозд один. Цель обнаружена». «Дрозд один, я Вершина. Работайте. Повторяю. Работайте», — подтвердили приказ из штаба. «Дрозд один. Работаем, два на два». Самолёты разошлись тремя парами. Пара машин, несколько уступавших размерами, более лёгких, вёртких, отстала, ложась в широкий круг. Две пары шли параллельными курсами. Первая пара вырвалась вперёд, заходя в голову колонны. В колонне началось шевеление, экипажи танков спешно лезли в люки, пытаясь спрятаться под броню, грузовики останавливались, нарушая построение. Но за оставшийся им десяток секунд они мало что успели. Два штурмовика открыли огонь, отстреливая неуправляемые ракеты и добавляя из бортовых пушек. Огненный дождь лизнул голову колонны, подрывая технику. Броня не спасала тяжёлые машины, а магическая защита стабильно работала далеко не у всех. Танки лопались пламенем, отбрасывали башни, разламывались. Грузовики сгорали ещё охотнее. В глубине колонны солдаты Армии освобождения расчехлили установленные прямо в кузовах трёх грузовиков орудия. Зенитные автоматы спешно заряжались и проводились к бою. Штурмовики начинали второй заход, когда гулко заухали сорокамиллиметровые стволы, а в небе расцвели чёрные бутоны разрывов. «Дрозд один-два, зенитный огонь…» «Попадание! Барьер в норме. Дрозд два-один, укороти их». «Дрозд два-один, принял, захожу». Вторая пара штурмовиков, что кружила рядом, повернула к колонне. Раздался треск скорострельных пушек, грузовики с зенитками на миг исчезли в пыли и дыму, замолчав. «Дрозд два-два, истребители прикрытия! Вижу три цели!» «Я Мама. Перехватываю», — ответил женский голос. Пара истребителей, что кружила рядом, пошла встречным курсом. Небо прорезала белая полоса ракеты, и один из самолётов Армии Освобождения вздрогнул, выбрасывая обломки и, чада дымом, пошёл вниз. Пятьюдесятью километрами западнее из командно-штабной машины выпрыгнул рослый мужчина со знаками различия генерала. — Вторую колонну встретили, угощают, — со злой радостью сообщил он молодому человеку и девушке в звании майора. — Жаль, больше самолётов нет. Штаб занял позицию в низине, недалеко от арт-батареи. Сами они здесь были слепы, ожидая подтверждения с наблюдательных пунктов. — Рано начали, — вздохнул Куница. — Если есть связь, вторую колонну могут остановить. По плану обе колонны противника должны были попасть под обстрел одновременно. Топлива у летунов не так много, чтобы каждый день самолёты-разведчики могли кружить, выискивая среди песков отряды противника, да и на зенитный огонь нарваться легко, поэтому колониалы оставались почти слепы, играя в основном от обороны ключевых точек. Информация о движении противника позволила пойти в атаку, перехватывая колонны на марше, когда те уязвимы. |