Книга Куница. Том 6, страница 121 – Вадим Оришин

— Растянут на десять дней.

Рыбная ловля невозможна, слишком неспокойное море, да и рыба, подозреваю, подохла. Охота — неодержимых животных не видели уже несколько дней. А есть мясо одержимых — изощрённый способ самоубийства.

— И что? У тебя есть план? — Слава вопросительно посмотрела на разведчика. — Потому что, если нет — будем работать по моему плану.

Шепард помассировал переносицу.

— Уверен, мне он не понравится, но всё равно спрошу. Какой у тебя план?

Слава кивнула на одно из зданий.

— Там стоят мотоциклы. Выбрать два наиболее… наименее поломанных. Заправить, взять топлива с собой, и вперёд.

— Нам их отдадут? — нахмурился разведчик.

Слава хмыкнула.

— Я и спрашивать не буду. Да и к чему им мотоциклы теперь? Транспорта здесь полно, только от него толку нет.

Шепард принял ответ, или просто не стал спорить.

— А демоны?

— Оставь эту проблему мне. Сильных мы обойдём, слабых раздавим. Там всего двести километров.

— Двести километров по горам, где не всегда есть объезды, а где есть — это огромные крюки, а ещё в комплекте идут демоны, пытающиеся нас сожрать, — напомнил Шепард.

Кудрявцева кивнула:

— Ага, лёгкая прогулка. И поэтому мотоциклы, больше мобильности. И даже не начинай про то, что на местных мне плевать. Мне на них действительно плевать, я не нанималась нести за них ответственность. Если уж на то пошло, люди, за которых я несу ответственность, находятся в России, и мне туда нужно вернуться.

Шепард отрицательно покачал головой.

— Не собирался, твою позицию я уже узнал, ты мою тоже знаешь, нет смысла спорить.

Они немного посидели в молчании. Слава, выбросив опустевший стаканчик с крыши, ещё раз окинув взглядом ледышку, спросила:

— Как вообще такой мягкотелый человек попал в разведку? Я думала, цинизм у вас входит в список обязательных качеств характера. Где-то между чопорностью и любовью к чаю.

— Я не чопорный. Да и к чаю равнодушен, — возразил британец.

Слава лишь хмыкнула, и Шепард грустно улыбнулся.

— Ситуации бывают разные.

— Ага, — хмыкнула Слава.

Несколько секунд они молчали, и Шепард признался:

— Я, так-то, не совсем британец…

— Нет-нет-нет! — прервала его Слава. — Рассказывать слезливые вымышленные истории у вас тоже среди обязательных профессиональных навыков. Что бы ты ни говорил — я тебе не поверю.

Шепард возмутился:

— Но я серьёзно! Я родился в Кейптауне.

Славяна с улыбкой покачала головой, демонстрируя, что ни слову не верит, но разрешила продолжать:

— Ладно, давай. Рассказывай свою True Story.

Шепард поморщился, опустил взгляд и придал лицу отстранённо задумчивое выражение, приправленное грустью.

— Мой отец был капитаном одного из наших судов. А моя мать, ну…

— Портовой шлюхой? — предположила Слава.

Разведчик нахмурился, бросив на девушку недовольный взгляд, но та насмешливо улыбалась.

— Не совсем. Не дешёвой шлюхой, а дорогой… Ну да. У неё сил не было, но в предках тоже кто-то из нашей аристократии, так что магический потенциал я продемонстрировал практически после рождения. Во всех городах, где есть наши военно-морские базы, есть и рекрутеры. Ищут среди местных перспективных детей. Меня быстро заметили, забрали в специализированный приют.

— И мама была не против? — с ехидцей спросила Слава.

— Ей было плевать. Всегда было. В приюте, не в метрополии, разумеется, в том же Кейптауне, там же главная база южно-атлантического флота… В общем, глава приюта был заинтересован в том, чтобы подопечные выполняли самые высокие запросы. Матросом на корабль — это ерунда, за это даже доплачивать не будут. А разведка флота — это престижно. И меня с моим потенциалом ориентировали в разведку.