Книга Формула зла, страница 62 – Рик Мофина

Сиэтл, штат Вашингтон

В тот вечер шел дождь.

Сара приготовила любимый ужин Кэти: макароны, запеченные с сыром.

Когда она убирала со стола, у нее завибрировал смартфон. Очередное письмо от администрации дома престарелых «Сильвербрук-Хиллс», в котором ей напоминали о повышении стоимости и просили как можно скорее определиться с тарифным планом.

Какой тариф выбрать, если ни один не по карману?

Сара стала размышлять, где раздобыть денег на содержание матери. Может, продать внедорожник? Но «трейлблейзер» был дорог отцу. Автомобиль был для него как ребенок. «Не забывай проверять масло, – приговаривал папа. – Я его меняю, когда оно еще не успело потемнеть, и машина бегает, как новенькая». Можно заложить или продать дом – но его любит мама.

Сара отложила смартфон.

Мне сейчас не до этого.

Тревога из-за Кэти и гибели Анны затмила всё.

Сара села на диван рядом с дочерью, пытаясь сохранять спокойствие, и включила «Холодное сердце», но так погрузилась в раздумья, что не замечала происходящего на экране. Страх, охвативший ее после сегодняшней беседы Кэти с детективами, усиливался с каждой минутой.

И та женщина, пялившаяся на нас в магазине… Почему она так смотрела?

Сара взяла пульт и остановила мультик.

— Мам, – запротестовала Кэти.

— Прости, солнышко, но мне важно кое-что прояснить. Детективы спрашивали тебя о мальчике из Канады?

Кэти не сводила глаз с телевизора.

— Нет, я же тебе говорила. Не спрашивали.

— А доктор Салли? Вы встречались уже несколько раз. Ты рассказывала ей о мальчике?

Кэти молчала.

— Она спрашивала тебя о нем?

Девочка кивнула.

— И что ты ответила?

— Сказала, что не хочу об этом говорить.

— Ты рассказала ей о том, что с ним случилось и где это произошло?

Кэти покачала головой.

— Ничего я ей не говорила. Мам, честно. Ты же сказала, что нельзя. Вот я и не стала.

Сара пыталась понять, что именно дочь помнит об инциденте.

— А ты помнишь, что сказала тому мальчику?

Кэти кивнула, не отрываясь от экрана.

— Что он мерзкий.

— А помнишь, что случилось потом?

Дочь снова кивнула.

— А помнишь, что это не было связано с твоими словами?

Кэти в очередной раз кивнула, продолжая смотреть на экран.

— Но сегодня в машине ты снова упомянула плохие мысли. Сказала, что они были даже хуже, чем о том мальчике.

Молчание.

— И что они пришли тебе в голову до того, как Анна упала.

Молчание.

— А когда? Может, в тот момент, когда она упала?

Молчание.

— Милая, ответь!

Кэти задышала чаще. Ноздри у нее раздувались. Она поджала губы, отняла пульт у матери, снова включила мультик и прибавила звук.

Сара закрыла глаза, но затем открыла.

— Солнышко, я пытаюсь тебе помочь.

— Мои мысли пугают меня, мам. Очень пугают.

Сара тяжело сглотнула.

— Ты рассказала о них доктору Салли?

Кэти затрясла головой и повысила голос:

— Нет! Я же сказала, нет! Хватит, мам!

— А подругам?

Девочка снова отрицательно качнула головой.

— Может, расскажешь мне? И станет легче.

— Нет.

— Давай попробуем.

— Нет! Нет! Не могу! Пожалуйста, не заставляй меня!

— Хорошо, хорошо, не буду.

Пока.

Сара и Кэти продолжили просмотр. В тот вечер они больше не возвращались к этой теме. Когда мультик закончился, девочка легла спать.

Сара спустилась на первый этаж, приглушила свет и села у окна, глядя на капли дождя, паутинкой оплетающие стекло. Ее обуревали смятение и страх, которые она отчаянно пыталась побороть.