Книга Формула зла, страница 79 – Рик Мофина

— Хоть что-то, – подытожил Бентон.

Вернувшись в кабинет, Ким с Карлом сразу взялись за работу.

— Ни одного не проверили на судимости, не пробили по базе и не опросили, – проворчал Бентон. – Займись «мужчиной-камри» и «женщиной-фокус». А я беру на себя «шевроле».

Пирс сверилась с блокнотом.

— Помнишь, администратор парка Дэйв Неллер говорил, что в тот день на воротах не было охраны? Сотрудник отпросился, и их оставили открытыми.

Детективы застучали по клавишам, вводя номера в систему и отправляя запрос в несколько баз данных правоохранительных органов, включая ЦКС – центральную компьютеризованную систему.

— Итак, «женщину-фокус» зовут Мэрилин Лиэнн Хэмилтон, сорок лет, проживает в Сиэтле. А «мужчина-камри» – это Гилберт Конрой Крофт, семьдесят девять лет, проживает в Иссакуа, – сообщила Пирс.

Затем ввела имена в другие базы, относящиеся к единой сети ЦКС, включая местные системы и системы штата с защищенными данными, а также Национальный центр правовой информации, находящийся в ведении ФБР.

Хэмилтон и Крофт не имели проблем с законом. Ни одного из них ни разу не задерживали, не обыскивали и не привлекали за правонарушения.

Рассматривая фотографии водительских удостоверений, Пирс задумчиво постукивала ручкой по блокноту. Любопытно, что сразу несколько тропинок вели к той дорожке, по которой шла группа «Санни дейз». Что делали в парке Хэмилтон и Крофт? Видели ли они Анну и Кэти?

Может, у них на глазах с девочками что-то случилось?

— Мои чисты, – сообщила Пирс коллеге. – А твой?

Не сводя глаз с монитора, Бентон промолчал.

— Карл!

— Совсем другое дело, – протянул детектив.

— Что там у тебя?

— Человека в «шевроле» зовут Джон Джеймс Смит, сорок один год, был осужден за сексуальное насилие. Проживает в Сиэтле, в десяти кварталах от детского центра «Санни дейз».

— Что за… – пробормотала Ким.

— С языка сняла.

Сиэтл, штат Вашингтон

— Можно нам пиццу, мам?

Уставшая после уборки Сара, которой становилось все сложнее не выдавать тревогу из-за найденного под кроватью рисунка, выдавила из себя улыбку.

— Конечно, солнышко. Закажу как обычно, хорошо?

— С отдельным соусом, пожалуйста.

Кэти вернулась домой примерно в половине шестого вечера. Адина должна была отвезти Тамику к отцу до завтрашнего дня, поэтому устроить ночевку не удалось. Когда привезли пиццу и они сели ужинать, Сара спросила дочь, как прошел визит к подруге.

— У Тамики новая мозаика. Мы ее собирали.

— Собирали мозаику?

— Ага. Панда, бабочка и тигр. Красивые. Было классно.

— Здорово. О чем болтали?

— Ну, о любимых песнях, друзьях, мультиках и о другом.

Дожевывая последний кусок пиццы, Сара бросила взгляд на Кэти.

— А разве Тамике не хотелось разузнать, что случилось с Анной в парке?

Уставившись на крошки от куска, девочка пожала плечами.

— Да не очень.

— Правда? Она даже не спрашивала?

— Я не хотела это обсуждать. А можно мне мороженое?

Когда ужин подошел к концу, Сара стала прибирать на столе и складывать посуду и приборы в раковину, отправив Кэти наверх умываться. Бросила коробку из-под пиццы в ведро для бумажного мусора, помыла посуду и убрала ее в шкаф. Затем устроилась на диване в гостиной, стараясь сохранять спокойствие.

Кэти вприпрыжку спустилась по лестнице и вдруг заметила альбом для рисования, лежащий на коленях у матери.