Книга Столетний, страница 86 – Даша Бунтина

— Офицер Тев, может, нам стоит обсудить это сначала? – Таш наклонился к дяде.

— Офицер Таш, я выполняю свою работу, у меня есть сведения, и я обязан допросить Тин из семьи Т-2134. И мне совершенно безразлично то, что вас с Тин связывает какое-то прошлое. Оно не должно мешать допросу!

— Нет, нас ничего не связывает, – выпалила Тин. – И я готова отвечать на любые вопросы, мне скрывать нечего!

В комнате повисла тишина. Затем Тев потянулся к карману на груди и вытащил трубку. Привычным жестом раскурил ее и выдохнул Тин в лицо.

— Тяо лежал в выгребной яме, мухи пировали в его глазницах, черви вылезали из ушных раковин. Ему нанесли всего два ранения. Одно из них было смертельное. А вот первое… судя по моим ощущением, оборонительным.

— Оборонительным? – спросила Тин.

— Да, удар в бедро. Ножом для срезания риса. Конечно, это был кто-то из крестьянок. И конечно, этот кто-то уходил последним. Так ты ничего не видела? – Тев затянулся и выпустил струйку дыма. Тин закашлялась. – А может, слышала что-то подозрительное?

— Нет, – сказала Тин.

— Тин, я вынужден задать вам этот вопрос, где был ваш нож при осмотре утром?

Она встретила взгляд Тева и неожиданно для него улыбнулась.

— Он лежал на постаменте, у Книги Посланий, разве вы не заметили, когда проверяли? – Слова звучали ровно, спокойно, но холод пробирал до самых костей.

Тев не отрываясь смотрел на Тин.

— Верно, кажется, там он и был. Ну и последний вопрос, Тин из семьи Т-2134, это вы убили распорядителя Тяо?

— Нет, я его не убивала. – Тин не лгала и знала, что и офицер Тев, и офицер Таш это увидят.

— Хорошо, тогда на сегодня у меня нет больше вопросов. – Тев провел рукой по усам и с хрипом поднялся.

— Этот Тяо, по слухам, позволял себе непозволительные вещи. Понимаю, что кто-то решился ему отомстить. Вы согласны?

Тин смотрела на Тева не моргая.

— Я… не знаю.

— А я думаю, вы знаете, Тин. Что ж, я пойду, а ты, Таш, выведи нашу допрашиваемую.

Тев удалялся по коридору, насвистывая мелодию. Тин выдохнула и посмотрела на Таша. Тот казался бледным. Он поднялся и подал руку. Двое вышли из допросной: Тин впереди, он, сопровождая сзади. Проходящие мимо офицеры не упустили момента и присвистнули. Даже на площади Таш продолжал идти за Тин.

— Можно идти рядом, чтобы ни у кого не создалось впечатления, что вы мой надзиратель.

— Может, так и есть? – ответил Таш, и Тин поймала его улыбку. Он ступил вперед. Теперь они двигались рядом, иногда Тин чувствовала, как рука Таша касается ее ладони, и не понимала, стоит ли ей немного отойти или нет. До дома Тин они дошли молча. Путь был неблизкий, и тем не менее в этом молчании не ощущалось неловкости. Было спокойно и тихо. На какое-то время в голове у Тин стало так ясно и пусто.

— Ну, пожалуй, дальше охрана мне не понадобиться, – сказала Тин и поклонилась. Затем развернулась и пошла к дому, чувствуя, что Таш продолжает на нее смотреть.

— Т-тин, – сказал Таш. У них был договор, и у него имелись для нее сведения.

— Да? – Тин повернулась. Этот взгляд. Он напомнил, как на нее смотрели после смерти родителей: обреченно, с жалостью, безысходно. Тар. Он что-то разузнал про Тар! И этот взгляд. Тин захотелось развернуться и бежать что есть силы. Закрыть уши и ничего не слышать.

— Тар добровольно подписала отказ от прав, теперь она раба офицера Бадора. Официально. Мы ничего не можем с этим сделать. Это было ее решение и ее право.