Книга Пламя ада, страница 116 – Кармен Мола

Однажды неподалеку от Сьенфуэгоса Мауро встретил нескольких мужчин, переодетых крестьянами, похожих на тех, кто отыскал его на Лома-дель-Хакан. Они пообещали ему оружие, чтобы беглецы могли защищаться от охотников за рабами. Мауро прошел с ними до хижины, в которой обнаружил не только несколько ружей и ящик с патронами, но и Мигеля Лойнаса. Это была их первая встреча. Прошел всего месяц после убийства Амалии Бру, и адвокат хотел поговорить с Рикардо. Лойнас считал, что показания раба могут пролить свет на случившееся и привести к убийце сеньориты Бру. Однако Мауро не спешил доверять тому, кто был на службе у работорговцев: он взял оружие и ушел, не подтвердив, что Рикардо находится с ними.

С тех пор они с Лойнасом виделись еще несколько раз. Адвокат больше не настаивал на разговоре с Рикардо, лишь предупреждал Мауро, если в окрестностях замечали Бидаче или другую группу охотников за головами. Благодаря этому беглецам не раз удавалось избежать ареста, и постепенно Лойнас завоевал доверие Мауро. Возможно, слова, которые адвокат сказал ему в день их знакомства неподалеку от Сьенфуэгоса, были правдой: «Моя официальная работа – вести дела нескольких плантаторов, то есть работорговцев, как вы их называете. А настоящая работа – это борьба за отмену рабства и независимость Кубы».

Теперь, когда они вдвоем прогуливались по полузаброшенной плантации «Ла Геррера», Мауро задался вопросом, что стало поводом для этой встречи. Ему уже передали, что Бидаче отыскал их паленке, а с Рикардо адвокат говорил несколько месяцев назад. Впрочем, этот разговор не принес никакой пользы: Амалия не посвящала любовника в дела, связанные с борьбой за отмену рабства, а именно из-за этих дел ее и убили – Лойнас был в этом уверен.

— Я должен идти, Лойнас, – сказал Мауро. – Мои товарищи уже на пути к Сьенаге. Не знаю, сможешь ли ты дать нам больше патронов…

— У меня с собой коробка патронов и два ружья. Забери их.

— Мне также понадобится лошадь.

— Ты ее получишь.

Токороро, как называют в народе кубинского трогона, запел, заполняя повисшую между ними тишину. Птица в красно-сине-белом оперенье цветов кубинского флага перелетала с ветки на ветку и продолжала петь. Мауро не знал, куда пропали гуахиро или владелец плантации.

— Однако эта лошадь тебе не понадобится, – продолжил адвокат. – Гуахиро могут передать оружие беглецам. Для тебя есть другое дело, куда более важное. Я бы хотел, чтобы ты вернулся в Гавану. – Мауро недоверчиво усмехнулся, но Лойнас не дал ему возразить: он хорошо подготовил свою речь. – Несколько месяцев назад был решен вопрос о галисийцах, которых Олосага привез на Кубу. Контракты аннулированы, ты свободен.

— Спасибо за заботу, адвокат, но стоит ли мне напомнить вам о том, что мы пережили в паленке? На мне несколько смертей.

— Ты вернешься под другим именем. – Лойнас достал из своей сумки бумаги. – Теперь твое имя – Мануэль Сантоме, и родом ты из Годельи, деревушки неподалеку от Понтеведры.

— Я помню этого человека, он был на корабле со мной и Томасиньо.

— Он умер почти сразу после прибытия на Кубу. Никто не сможет тебя опознать, ведь они не знают, как ты выглядишь. Разве что Бидаче… Но он не сунется в Гавану. Даже Арсенио Боада никогда тебя не видел. Мауро, ты можешь сыграть ключевую роль в отмене рабства. Неразумно отказываться от силы, которой ты обладаешь.