Книга Тень короля, страница 45 – Мелисса Ландерс

«С благодарностью от стражи его величества».

Сериз приложила руку к сердцу. Она мысленно вернулась ко всем прошлым годам в храме, к стыду и зависти, которые она испытывала, глядя, как другие Видящие преуспевают в том, где ее ждал провал. Всю свою жизнь она не оправдывала ожиданий. И теперь, при виде пышного выражения признательности от дворцовой стражи, ее глаза наполнились влагой. Она яростно заморгала, чтобы не заплакать при служанках.

Прочистив горло, она сказала:

— Пусть осенит вас свет Шиеры.

— Пусть отвернется ее гневный взор, – хором ответили ей.

Девушки завершили свою работу, но не торопились покидать покои. Все трое были очень юны – Сериз показалось, что им едва ли по четырнадцать, – и их круглые глаза на не менее круглых веснушчатых лицах смотрели на нее так, как ребенок глазеет на гору подарков, оставленных Феей Урожая. Девочки единодушно присели в глубоком реверансе, их серые полотняные юбки подмели пол.

— Если вы не против, моя госпожа, – заговорила одна дрожащим голосом, – окажите мне честь. Позвольте заплести вам волосы? Я плету лучшие косы. Все придворные дамы просили меня делать им прически для балов.

Прежде чем Сериз успела ответить, вторая девочка подняла со стола позолоченную тарелку и спросила:

— Могу ли я прислуживать вам, моя госпожа?

А третья торопливо добавила:

— Позвольте приготовить вам чай?

К глазам Сериз подступили слезы. Пытаясь сохранить самообладание, она представила Мать-настоятельницу, высокую и величественную, увидела мысленным взором, как та сужает глаза и неодобрительно качает головой, упрекая: «Успокойся, девочка!»

От такого зрелища слезы немедленно высохли.

— Благодарю за ваши щедрые предложения, – ответила Сериз. – Я с огромным удовольствием их приму.

Все трое расцвели улыбками и засуетились. Через пару мгновений Сериз уже сидела на бархатном обеденном стуле с подушками перед столиком для завтрака, одна из служанок бережно расчесывала ей волосы, а две другие встали рядом, готовые прислуживать. Она мимоходом подумала, что бы сказал отец Падрон, увидев, как она купается в благодарностях за свою храбрость. Тоже бы стал ее восхвалять? Или журить за то, как она наслаждается вниманием? Ей не хотелось беспокоиться о его мнении на свой счет, но она ничего не могла поделать. Она беспокоилась.

К счастью, девочки помогли легко выбросить его из головы. Сериз узнала, что они тройняшки и мать назвала их в честь своих любимых птиц: Ласточка, Зарянка и Голубка. Ухаживая за ней, они по очереди изливали ей все свои горести – от дурных снов и болезненных женских циклов до больных родственников и нежеланных предложений брака – и спрашивали ее совета. Сериз не стала притворяться, что видит их нити, но пообещала упоминать в своих молитвах Ласточку, Зарянку и Голубку, и уже это, казалось, утешило их. Они пересказали ей парочку слухов, ходивших о пожаре. Сериз прикусывала губу, чтобы не засмеяться, выслушивая подробный рассказ, как она тушила пламя силой молитвы.

Когда Сериз завершила завтрак, состоявший из выпечки с фруктами, каши с медом и чая со специями, в дверь ее покоев постучали. Девушка не могла встать – ей все еще плели косы – и попросила Ласточку открыть.

— Должно быть, это лорд Калатрис, – сказала она. – Я его ожидаю.