Книга Чужие традиции, страница 96 – Дана Яр

— Что? — состроила та невинное лицо.

— Что здесь делают ягоды пупырышника? — сквозь зубы процедила Ыркхе.

— Какие ягоды? Ничего не знаю, — с довольной рожей пропела бабка и поднялась на ноги, повесив на плечо большой мешок, — И вообще, я не нанималась нянчить твоего раба, все мне некогда, меня Ырсып на свидание пригласил.

— Ты понимаешь, что ты натворила? — заорала Ыркхе, — Он же умереть может!

— Да чего ему будет с пары ягод, — махнула рукой Ыдре и уже откинув полог, повернувшись к внучке, ехидно сказала, — Ты же здесь, это твой раб, значит твоя и ответственность, — с этими словами бабка вышла из шатра, оставив Ыркхе наедине с эльфом.

Соиледиаль тихо, протяжно застонал. От этого звука у Ыркхе по коже пробежал табун мурашек. Женщина нервно облизала губы и медленно подошла к топчану, на котором дрожал эльф.

— Тихо, малыш, — жалостливо прошептала Ыркхе присаживаясь рядом и погладила мужчину по голове. Соиледиаль дернулся и сильнее сжался, притиснув свои колени к груди. Женщина с наслаждением пропустила длинные светлые волосы сквозь пальцы и эльф снова вздрогнул.

— Госпожа, помогите, — едва слышно прошептал Соиледиаль. Тело не подчинялось разуму, он весь горел. Даже пытался сам справится с возбуждением, но ничего не получилось, только хуже стало, — дайте противоядие.

Ыркхе прикусила губу, потому что помимо воли в теле рождалась темная жажда. Она хочет этого мальчика, до безумия, и теперь у нее нет выбора. Она возьмёт его сегодня иначе он умрет. Женщина ласково прочертила пальцем по шее эльфа.

— Госпожа, умоляю не мучайте, — сипло взмолился Соиледиаль.

— Я не буду мучить, — прошептала Ыркхе и прихватила губами кончик длинного красного уха. Эльф дернулся и вскрикнул от остроты ощущений, впившиеся в измученное похотью тело, — Повернись на спину, малыш.

Соиледиаль подчинился. Повернувшись на спину, он выпрямился, зажмурился и вцепился дрожащими пальцами в шкуру, застилающую топчан. Ему было очень стыдно, что орчанка видит в каком он состоянии. Член побагровел от прилившей крови и пояс совершенно не справлялся с прикрывательной функцией.

Ыркхе сглотнула, глядя на распухшую головку, член чуть раскачивался и подрагивал, а от ямки на вершине уже тянулась ниточка вязкой жидкости. Соиледиаль дрожал всем телом, лицо и уши покраснели, дыхание было тяжёлым и прерывистым. Женщина облизала зудящие губы, и наклонилась, обдав живот эльфа горячим дыханием. Соиледиаль снова вскрикнул и распахнул, почти ничего не видящие глаза.

— Госпожа, — прохрипел он.

— Тише, малыш, не бойся, я помогу, — бормотала Ыркхе склоняясь ниже. Она осторожно, кончиком языка дотронулась до нежной кожи головки и эльфа выгнуло дугой. Громкий стон стал музыкой для ее ушей и она уже смелее обвела языком головку по кругу. Соиледиаль закричал и совершенно неожиданно вцепился ей в волосы.

— Госпожа, не мучайте, — захлебывался в рыданиях эльф и Ыркхе решительно обхватила подрагивающий член рукой. Она редко дарила своим немногочисленным любовникам такие ласки, но чувствуя губами горячую подрагивающую плоть эльфа, слыша его стоны, испытывала небывалое удовольствие. С наслаждением облизывая и посасывая член, помогала себе рукой, расслабляя горло, когда мальчишка стал двигать бедрами на встречу, удерживая ее за волосы. Она позволила ему достигнуть пика, выпила его до дна испытывая настоящие муки, потому что её возбуждение никуда не делось и требовало выхода.