Книга Союз стали и шёлка, страница 6 – В.Л. Смит

А потом я увидела Селин.

Моя младшая сестра сидела по правую руку от императрицы, на месте, которое по всем правилам предназначалось мне. В платье цвета утренней зари, волосы уложены в высокую причёску, и в них мерцали нефритовые фениксы, на губах — та самая улыбка невинной тени, с какой она когда-то поднесла мне отравленный кубок. Она посмотрела на меня прямо, спокойно, почти ласково. Как будто мы не были врагами. Как будто я не знала, что её пальцы уже касались моей смерти.

Императрица восседала в центре, неподвижная, словно нефритовый идол. Её глаза — холодные, оценивающие — задержались на мне ровно столько, сколько требовалось, чтобы дать понять: она видит всё.

Служанка — молодая женщина с опущенными ресницами и слишком идеальной улыбкой — подошла и мягко повела меня к месту. Не на почётное, рядом с императрицей. Не в дальний угол, где сидят те, кого хотят унизить. Посередине. Достаточно близко, чтобы слышать каждое слово. Достаточно далеко, чтобы не чувствовать себя равной.

Я едва не рассмеялась вслух.

Эта женщина действительно считает себя гениальной интриганкой. Посадить меня не слишком высоко, чтобы не дать почувствовать себя признанной, и не слишком низко, чтобы не спровоцировать открытый бунт. Рассчитывает, что мы, молодые северянки, неопытны в тонкостях шёлкового двора, где каждый взмах веера — удар кинжалом, а каждый комплимент — яд в меду.

Она забыла одну простую истину: королевский двор везде одинаков. Неважно, выкован ли он из железа и камня или соткан из шёлка и нефрита. Интриги пахнут одним и тем же — предательством и кровью.

Я села. Плавно, не торопясь. Подняла взгляд на Селин. Улыбнулась ей улыбкой, которой она когда-то смотрела на меня перед Советом Кланов.

— Сестра, — произнесла тихо, но так, чтобы услышали все, — как приятно видеть тебя в добром здравии. Восток пошёл тебе на пользу. Ты выглядишь… расцветшей.

Селин всегда была красива. Золотистые волосы, голубые глаза — от этого очарования мужчины теряли дар речи. В мягких объятиях Востока она стала только прекраснее. Её глаза дрогнули — всего на миг. Но я заметила. Она наклонила голову, изображая скромность.

— Благодарю, старшая сестра. Я молилась, чтобы боги сохранили тебя в пути. Шторм бывает таким… непредсказуемым.

Императрица сделала лёгкий жест, и служанки начали разливать чай. Тонкие фарфоровые чашки звякнули. Запах жасмина смешался с напряжением в воздухе.

Одна из дам, девушка с волосами, усыпанными крошечными жемчужинами, наклонилась ко мне с прелестной улыбкой.

— Расскажите, принцесса Айрис, правда ли, что в Тарнхолде женщины носят бороды и дерутся на топорах столь же ловко, как мужчины?

Смех — лёгкий, серебристый — прокатился по павильону. Я взяла чашку, поднесла к губам, но не отпила. Только вдохнула аромат.

«Как предсказуемо», — подумала я с усталой насмешкой, которой научилась в кузницах. Словно их действительно интересует такая ерунда.

— Правда, — ответила я спокойно, — но бороды мы оставляем мужчинам. А топоры… топоры мы берём, когда нужно защитить то, что нам дорого. Или когда нужно отсечь то, что нам угрожает.

Я посмотрела прямо на Селин. Она улыбнулась шире, но её пальцы на подлокотнике сжались — едва заметно.

И я не солгала. Наши женщины умеют себя защищать — на этом в своё время настоял отец, и я до сих пор благодарна ему за это. Вот только от яда, поданного рукой собственной сестры, это меня не уберегло.