Книга Обещаю не влюбляться, страница 62 – Лия Широкова

— Нет, — хмыкаю я. — Лазутин объявился.

Она бледнеет ещё больше, а в глазах собираются слёзы.

— Дёма, я всё тебе объясню…

— Охренеть, — взрываюсь я, её слова — словно спусковой механизм. Меня начинает бомбить с невероятной силой. — У меня ещё один вопрос. Это правда, что я в детстве был записан на деда и воспитывался в интернате?

— Давай присядем, я тебе всё расскажу, — умоляюще произносит она.

— Это правда?! — повышаю голос.

— Да, — шепчет, закрыв глаза. — Я всё тебе объясню!

— Ты должна была это сделать раньше, а не врать мне!

— Должна была, да. Но не смогла. Мне не хватило смелости.

— Что так сложного было сказать, кто на самом деле мой отец?

— Глеб — твой отец! Лазутин отказался от тебя, бросив нас тогда!

— Ты тоже тогда бросила меня, — мама отшатывается, словно от пощёчины. — Я до шести лет был с дедом и рос в интернате! — меня несёт, я не могу остановиться. Кажется, что вся моя жизнь — сплошное враньё.

— Дёма, всё не так…

— Не надо! Я не хочу слушать очередную ложь!

Разворачиваюсь и молча покидаю дом. Меня разрывает от злости! Обида пожирает изнутри. Нужно выпустить пар, иначе я взорвусь. Проветрить голову.

Запрыгиваю в машину. Телефон в кармане не перестаёт вибрировать. Достаю его и, не глядя, выключаю.

Гонка через три часа, но народ уже собирается на трассе, чтобы повеселиться перед заездом. Макс и Дэн должны были уже пригнать мою тачку из ангара. Тачку, которую мне подарил отец на восемнадцатилетие. Отец! Усмехаюсь. Лже-отец! Они все мне врали!

Машина срывается с места, и я мчусь к месту проведения гонки.

В голове всплывают обрывки из детства: я и Милена в самолете, комната с двумя кроватями и строгие воспитатели, частые слёзы мамы, дед, который постоянно ворчал на неё и Милену. Но тогда я почему-то называл деда отцом. Мне всегда казалось, что это отрывки из моих снов, но сейчас я понимаю, что это реальные воспоминания из детства.

Сворачиваю с трассы и проезжаю через массивные ворота. Вокруг трассы уже припаркованы машины, и толпа веселится под громкую музыку, доносящуюся из установленных колонок на крышах машин. Холод им не помеха, все в предвкушении адреналина.

Паркую машину на первом попавшемся свободном месте и иду к своей спортивной тачке. Возле неё стоят Дэн и Арсений, что-то бурно обсуждая. Макс стоит в стороне спиной ко всем и разговаривает по телефону.

Новенький. То, что надо! С ним можно погонять на равных. Подхожу ближе и предлагаю:

— Погоняем один на один? Ставлю свою тачку, — киваю на Камаро. — Она стоит в разы больше выигрыша за финальную гонку.

— Давай, — усмехаясь, отвечает новенький, выпуская дым от сигареты через ноздри.

— Погнали, — я распахиваю дверь своей спортивной тачки.

— Не глупи, — пытается остановить меня Дэн, хватая за плечо. — Зачем тебе это? Ты же понимаешь, чем это может закончиться?

Ничего не ответив, я сбрасываю его руку и решительно запрыгиваю в салон. Снимаю пальто и пиджак, кидаю их на заднее сиденье. Завожу двигатель и трогаюсь с места. Рев мотора становится саундтреком к моей ярости. В зеркале заднего вида вижу, как Макс что-то кричит и машет мне рукой с зажатым телефоном. Потом. Всё потом.

Выезжаю на трассу, где меня уже поджидает мой соперник. Судя по его надменному виду, он абсолютно уверен в своей победе. Но я настроен как никогда решительно. Мне необходимо выплеснуть всю эту гнетущую злость, и гонка — идеальный для этого способ. Адреналин уже начинает бурлить в крови. Сейчас есть только я, машина и трасса.