Книга (не) Развод с кавказским мужем, страница 3 – Люсинда Миллер

Клобучок* — колпачок, шапочка на глаза хищной птице, чтобы не бросалась на добычу.

Всю дорогу, пока еду в спорткомплекс, гоняю по кругу одну и ту же мысль. Поверить в слова свекрови страшно. Еще страшнее их принять за действительность. И что дальше? Если это правда, то нас ждет… развод?

Выходя замуж за дагестанца, я боялась, что однажды Архан мне изменит. Всякий раз, когда он задерживался на работе или уезжал в командировку с командой спортсменов, он может мне изменить, сняв себе легкодоступную девицу. Но муж ни словом, ни поступком ни разу не выдал себя. Не нашла я доказательства его измены и потом меня отпустило. Муж в постели был так же ненасытен, дарил подарки, возил меня на концерты, к морю. В общем всячески ублажал. Я была уверена, что эти годы Архан хранит мне верность и вот на тебе, наивная Амелия подножку — спотыкайся. Падай. Разбивайся.

— Мам, ты проехала на красный свет! — пищит с заднего сидения Дамира, запоздало напоминая о нарушении правил вождения, и я, тряхнув головой, цежу ругательство.

Оглядываюсь в зеркала и точно: идущие позади меня машины стоят на светофоре, тогда как я уже прилично проехала вперед.

— Спасибо что сказал, сынок. Буду внимательнее, — с силой вцепляюсь в оплетку руля, злясь на мужа и свекровь, за то, что я чуть в аварию не попала из-за них.

Пока добираемся до спорткомплекса, я становлюсь комком из нервов. Натянутая, как струна.

Дамир выбегает из салона и не дожидаясь меня, несется в здание. Я же не могу себя заставить войти внутрь и встретится глазами с мужем.

Если я внимательно посмотрю в его зрачки, увижу то, что он скрывает от меня все эти годы или нет? А он, поймет, что я знаю про его измену? Буквально с ума схожу, раз за разом перелопачивая подслушанную информацию.

Но делать нечего — хватаю с сидения рюкзак сына, и иду следом за сыном. Иду так, будто на эшафот взбираюсь. Казнят или помилуют?

Дети и подростки орут, суется вокруг. С рюкзаками и объемными сумками прут мне навстречу, задерживая в проходе. Другие, наоборот неосознанно толкают меня в спину. Их сопровождают родственники. Всей гурьбой сходимся в раздевалке.

Я отыскиваю в толпе ребятни Дамира, усаживаю на лавку и на автомате помогаю сыну переодеться в спортивную одежду. Достаю перчатки, защиту и вывожу сына из душной, вонючей коморки.

Чем ближе подхожу к залу, где тренирует детей мой муж, тем сильнее нервничаю. Сын что-то лепечет, жестикулирует — рассказывает про друзей, как его победил в прошлый спарринг напарник и как он хочет ему отомстить, а я лишь киваю, соглашаясь с ним. Все мысли о муже-предателе.

Как ты мог, Архан⁈ Ты же клялся мне что любишь и никакая другая тебе не нужна, когда уговаривал меня на брак? Лицемерная сволочь! Внутри то злость бурлит, то сменяется безысходностью. Что буду делать дальше — не представляю.

Дверь из зала для борьбы распахивается, выбегает детвора и едва не сносит меня с сыном. Мы жмемся к стене, пропуская живой поток. Подталкиваю Дамира в спину, и мы переступаем порог обители тестостерона и ярости.

Взгляд сразу выхватывает фигуру мужа, о чем-то бойко беседующего со своим коллегой. Он стоит ко мне спиной, уперев руки в бока. Верхняя часть туловища обнажена. Он в одних спортивках. На шее перекинуто полотенце. Смуглая кожа раскраснелась от физической нагрузки и поблескивает от пота. Мышцы бугрятся, перекатываются, когда он жестикулирует, что-то доказывая другому тренеру, по-прежнему нас не замечая. Мужу скоро сорок, а он выглядит так же, как и тогда, когда я впервые попала в его дом.