Книга Научи любить. После развода, страница 17 – Марика Крамор

Дальше все происходит как в замедленной съемке: я нелепо и стремительно лечу вниз, прямо в пушистые колкие еловые лапы. Раздается оглушительный треск, и вот уже я лежу на полу, придавленная свалившимся деревом, как пойманный в ловушку енот! С иголками в волосах и по всему телу. Да что ж такое, а?! Неприятности когда-нибудь закончатся или нет?!

Над головой возникает его лицо. В глазах — смесь ужаса и едва сдерживаемого смеха.

— Не двигайтесь, — звучит строго, но с явной иронией. — Сейчас спасу.

— Вот что вы за человек такой, Михаил? Нет чтобы, как все, искусственную поставить!

— А что не так? Вы же сами говорили, что елка красивая.

— Да я теперь до следующего Нового года буду вытаскивать иголки из волос!

— А нечего было геройствовать. Мне бы сказали. А вообще, пусть остаются, — это он имеет в виду иголки. — Окружающие должны знать, что имеют дело с фыркающим ежиком.

— Очень смешно. Может, все-таки присоединитесь к моему спасению и поднимите дерево?

Пока он, кривя губы от сдерживаемого смеха, освобождает меня из плена, я стараюсь держаться. Столько нелепостей за один день со мной никогда не происходило. Не праздник, а катастрофа.

Ладно. Елка готова, как я и обещала. И даже ничего не сломалось. Почти. Пора бы и кухню в порядок привести. Взгляд снова падает на встроенную посудомойку. Опускаю дверцу. Внутри царит идеальная чистота. Зато раковина забита кружками! Почему он современной техникой не пользуется?

Небольшая тарелка, досочка и нож отправляются внутрь. Туда же уверенно встают кружки. Управление не вызывает у меня никаких сложностей.

— Таблетки? — уточняю.

— Под раковиной.

Машина послушно загудела.

И вот когда елка уже полностью возвращена на место, а почти все иголки вытряхнуты из моих волос, из-под кухонной мебели начинает выползать то-ооненькая струйка воды. Затем вторая.

Оба замираем, ошарашенно наблюдая за катастрофой. Только этого еще не хватало!

Через мгновение по полу уже растекается небольшое озеро, на поверхности которого весело пузырится пена.

— Эм… Михаил, она у вас всегда так делает?

Мужчина вприпрыжку подскакивает к технике:

— Да какой там! Характер показывает! Мать ее!

И шагает в лужу.

ЛАЙМА

— Кажется, я не знал о существовании скрытого дефекта, — сухо констатирует Михаил. — Или дверной уплотнитель повредился, или засоры в системе, или же шланги изношены.

— Сразу видно — технарь, — комментирую я, но на самом деле роняю челюсть.

Антоша бы истерично бегал по кухне со словами: что теперь делать?! Нас затопит!

Михаил же спокойно останавливает «стирку», перекрывает воду и разбирается с машиной, в то время как тряпка в моих руках отчаянно впитывает влагу. Действия синхронизируются неожиданно легко. Колени касаются мокрого пола, плечи иногда соприкасаются.

— Потрясающий Новый год, да? — со смехом уточняю я.

— Что-то мне подсказывает, что все эти происшествия и ваше появление здесь как-то взаимосвязаны, — его губы странно кривятся, а мое лицо давно болит от сдерживаемых улыбок.

— Не может быть! Вам показалось, — и отворачиваюсь, чтобы скрыть искорки в глазах.

И вот, когда основной потоп устранен, а по кухне разложены для просушки несколько полотенец, наступает утомительная тишина. Надо бы музыку для праздничной атмосферы включить, что ли.