Онлайн книга «Брат мужа. Сожженная в его любви»
|
В его глазах еще кипела ярость — дикая, неутоленная, готовая выплеснуться на любого, кто встанет на пути. Но когда он увидел меня — сжавшуюся, дрожащую, с глазами, полными ужаса, — что-то в них дрогнуло. Ярость не ушла, но поверх нее появилось что-то другое. Что-то, что заставило его сжать челюсть так, что желваки заходили под кожей, а в груди, казалось, что-то оборвалось… — Уведи ее, — сказал он мне. Голос был хриплым, рваным, но в нем звучал приказ, не терпящий возражений. — Уведи дочь и жди меня. Я закончу с этим... Глава 14 И снова минуты застыли в каждом вдохе, словно бы свинцовые пули. Ожидание было невыносимо. Я гладила и убаюкивала Разият, лежа на ее кровати. Она так вжималась в меня... Сердце разрывалось... — Если бы он убил тебя, Элиза...- всхлипывала она снова и снова по кругу... — Если бы только... — Твой папа бы этого не допустил...- шептала я и стирала слезы с ее глаз. Сердце переполнялось любовью. Как нежная, ранимая, добрая... Девочка гор... И нет, не природа делает тех женщин такими злыми. Не генетика. Их сердца превращает в камень нелюбовь. Теперь я знала точно. Я бы тоже такой стала, если бы осталась с Мусой. Выжженная изнутри. Спаленная... Только остов от души... Когда мерное посапывание девочки известило, что она, наконец, погрузилась в сон, я аккуратно переложила ее голову на подушку и встала с кровати.... Шахбан все не шел и не шел... А я не знала, что делать... Стоило ли мне выходить из комнаты... На этой мысли дверь легонько приоткрылась и на пороге показалась миловидная женщина, которой раньше в этом доме я не видела. — Элиза-ханум, пойдемте за мной... Я опомнилась, растерянно хватая валявшийся на кресле платок-шаль из черной тюли. Накинула на голову. Бог знает, перед кем снова мне придется держать ответ... Полная женщина ловко и мягко повела меня за собой, а пульс только наращивал темп, потому что я понимала, что идем мы... в направление спальни хозяина этого дома. Когда она остановилась у больших деревянных дверей, я уже не дышала... Постучала, отворила, пропуская меня внутрь. А я так и не дышала, пока наши взгляды не пересеклись... Это была его спальня... Большая массивная кровать, темное дерево доминировало в интерьере. Лаконичном, но шикарном. На окнах плотные темно-коричневые шторы и из всего освещения только прикроватная лампа, которая сейчас бросала на его лицо тени, от которых темные глаза и острые скулы казались еще более выделенными... Шахбан сидел на кровати. Все тот же черный свитер под горло. Невольно опустила глаза на его руки. Костяшки разбиты. Тут же зацепила глазами перекись и вату, которыми он себя обрабатывал сам. Он ничего не говорил, а я ничего не спрашивала. Решительно подошла, села рядом. Взяла вату, обильно смочила ее жидкостью и приложила. Тонкий шип известил о том, что кровоточащие раны дезинфицируются. Он не подавал виду, внимательно рассматривая меня вблизи. Не морщился. Но я непроизвольно подняла его руку и подула... Ноздри Шахбана раздулись. Он жадно втянул воздух. А потом уже дрогнула я, когда он тронул мою скулу. Только сейчас почувствовала, что она болит. Наверное, когда дралась с Мусой, ударилась, но от шока не почувствовала... — Ты сама как? — его голос прозвучал в густой тишине хрипло и интимно, — он... он не посмел...? |