Книга Развод. Больше не вместе?, страница 36 – Ирма Шер

Машина Матвея плавно останавливается у моего подъезда. Я смотрю на знакомый фасад, и он кажется мне чужим, будто я уезжала не на несколько дней, а на целую жизнь.

— Спасибо, что подвез, — шепчу я, не в силах говорить громче.

— Тая, если что-то нужно... — начинает Матвей, и я чувствую, как внутри все сжимается от стыда.

— Все хорошо, — выдавливаю я из себя и натягиваю улыбку. Губы не слушаются, кривятся в жалкой гримасе.

— Я могу помочь с вещами...

— Нет! — слишком резко. Слишком громко. Я прикрываю глаза, пытаюсь собраться. — Спасибо. Правда. Я справлюсь.

Матвей кивает. В его взгляде столько понимания, что мне хочется провалиться сквозь землю. Он тактично молчит, не задает вопросов, которые висят в воздухе, между нами. О муже. О моем лице, которое, наверное, до сих пор выдает меня. О том, что я чувствую сейчас.

Я выхожу из машины, забираю свой рюкзак. Ноги ватные, но я заставляю себя идти ровно, не оборачиваться. Слышу, как Матвей уезжает, и только тогда позволяю плечам опуститься.

Подъезд встречает меня знакомым запахом моющего. Вызываю лифт. Поднимаюсь на свой этаж, достаю ключи. Руки дрожат, и я злюсь на себя за эту слабость. Вставляю ключ в замок, поворачиваю, толкаю дверь.

И не успеваю сделать шаг, как запинаюсь.

Чемодан. Тот самый, серый, с потертостями по углам. Рома всегда берет его в командировки. Он стоит прямо в прихожей, аккуратно, у стены. Собранный. Готовый будто к побегу.

Воздух застревает в горле. Я переступаю через чемодан, будто через мину, которая вот-вот взорвется, и прохожу дальше в квартиру.

Рома стоит у окна в гостиной. Спиной ко мне. Телефон у уха. Он что-то говорит вполголоса, я не различаю слов, только интонацию. Мягкую. Спокойную. Ту, которой со мной он не говорит уже... давно. Не помню, даже когда в последний раз.

Он слышит мои шаги и резко оборачивается. На долю секунды в его глазах мелькает что-то похожее на вину? страх?

— Перезвоню позже, — бросает он в трубку и прячет телефон в карман джинсов.

Мы стоим и смотрим друг на друга. Тишина давит на барабанные перепонки. Я хочу спросить «кто это был?», но вместо этого из горла вырывается совсем другое:

— Ты уходишь к ней?

Голос срывается на последнем слове, и я ненавижу себя за это. За эту жалкую интонацию, за дрожь, за то, что не могу просто стоять ровно и держать лицо.

— Нет, — отчеканивает Рома. Его челюсть напряжена, взгляд жесткий. — Мне просто нужен перерыв в отношениях. И другая женщина тут ни при чем.

Каждое слово как удар. Четкий. Выверенный. Он будто репетировал эту речь несколько раз.

— Значит, она все-таки есть... — шепчу я.

Внутри все рушится, как карточный домик. Я всегда знала. Конечно, знала. Но одно дело подозревать, и совсем другое — услышать это подтверждение в его молчании, в отведенном взгляде.

— Ты меня не слышишь? — Рома повышает голос, делает шаг вперед. — Дело в тебе, а не в другой, Тая! Я устал от всего этого! От твоих вопросов, от твоего недоверия, от того, как ты смотришь на меня! Я просто больше не могу...

Он замолкает, открывает рот, чтобы добавить что-то еще, чтобы добить меня окончательно, но вместо этого качает головой и проходит мимо.

Я стою, как вкопанная. Не оборачиваюсь. Слышу, как он надевает куртку, как молния звенит в тишине. Как он берет чемодан. Как открывается дверь.