Книга Стеклянный угорь, страница 124 – Дж. Дж. Фиртел

В участке было жарко и душно, и кабинет Самлина-младшего казался еще меньше и теснее, чем обычно.

— Теперь-то в чем дело? – спросил Толанд.

— Выполняй без вопросов.

Бейтс сделал, как было велено: пистолет и жетон положил шефу на стол, а форму оставил в шкафчике. Когда он вернулся, оружие и бляха уже исчезли.

Толанд вытянулся перед столом шефа, переминаясь с ноги на ногу.

— Тебя рекомендовали на повышение, – сообщил Самлин и приподнял клочковатые брови.

Толанд сглотнул.

— Что ж, это очень приятно.

— Поэтому я отправляю тебя в административный отпуск без сохранения заработной платы.

— Боюсь, я не понимаю, сэр.

— Мне позвонил шеф Крозерс из самого Висконсина. Видимо, ты произвел на него хорошее впечатление: искренний, богобоязненный, преданный долгу. Ты проявил настоящую инициативу.

— Вы сами просили меня, сэр. – У Толанда перед глазами мелькнула сцена: он дает шефу Крозерсу визитку. Говорил же звонить на мобильный, но что уж теперь.

— Отвечать будешь, когда я прикажу, – отрубил Отис-маленький. – Шеф рассказал мне, как ты печешься о своей дорогой матушке.

Толанд уставился на носки своих ботинок.

— Она умерла, Толанд. Забыл? Использовал родную мать как наживку для своей рыбалки.

Бейтс стоял столбом.

— Ну, вы же сказали…

— Я просил тебя проявить инициативу, а не позорить свою покойную мать. Но после того как нашелся жареный Терстон Харни, разве я по-прежнему просил проявлять инициативу?

— Но вы не приказывали мне прекратить ее проявлять, сэр.

— Чего я совершенно точно тебе не приказывал, так это надеть форму, ехать в другой штат и выдавать себя за представителя нашего управления!

Толанд потер ладонью лоб и запустил пятерню в волосы. Дело принимало серьезный оборот.

— Так что позволь задать еще один вопрос, – рявкнул шеф.

Его подчиненный стоял и ждал.

— С какого, черт тебя дери, перепугу ты вообразил, будто можешь сам, без согласования с управлением, провернуть такой номер? Почему ты не пришел ко мне?

— Понимаете, сэр, – произнес Толанд, но слово «сэр» застряло у него в горле и пришлось начать сызнова: – Я пытался с вами говорить. Всю дорогу. Сначала вы сказали: «Это передоз. Не тронь, так и не воняет». Потом вы сказали, что дом сгорел случайно: «Не тронь, так и не воняет». Потом выясняется, что Терстон Харни мертв: «Не тронь, так и не воняет». Но оказалось, что кто-то убил Терстона Харни, и возможно, этот кто-то отсюда. Здесь давно уже воняет. Вот только вам не хотелось нюхать. В смысле, я знаю: вы не хотите, чтобы я искал, но я должен. Я думаю, ниточки могут тянуться на самый верх.

— Ты хочешь обвинить моего отца? Он замешан не больше твоей мамы.

— Моя мать умерла! – Толанд в первый раз за весь разговор повысил голос. – Обо мне говорите что хотите, но не смейте трогать мою мать: она умерла в сорок два, вдвое моложе Отиса-большого, и ничего плохого никому не делала.

— Зачем же тогда ты едешь в Уоватосу и рассказываешь там шефу полиции, что у нее маразм?

Бейтс рассвирепел.

— Рыба гниет с головы – вот откуда вонь! Вы оба делаете вид, будто везде тишь и благодать. Семейный бизнес: Отис-большой и Отис-маленький. Служить и защищать самих себя.

Шеф вскочил на ноги и, подавшись вперед, занес руку, как будто собирался влепить подчиненному пощечину. Но потом опустил руку и злобно улыбнулся.