Книга Книжники. В объятиях прошлого, страница 102 – Ирина Фуллер

— Эта пациентка — моя сестра. Она страдает психическим заболеванием, часто уходит из дома, а я ищу ее по всему городу. В полиции сообщили, что в ночь, когда она ушла, из Невы выловили девушку, похожую по описанию на мою Анюту. Вы ведь все равно отпустили ее. Я не прошу никаких личных данных или историю болезни. Мне просто нужно хоть что-то, чтобы понять, как продолжить поиски.

Лев Петрович посмотрел на Констанцию скептически, поправил докторскую шапочку и спросил:

— Что последнее она вам сказала?

Вопрос вызвал недоумение.

— Какие последние слова вы услышали от нее перед тем, как она исчезла? — настойчиво произнес он.

Констанция глубоко вздохнула, изобразив тревожное возбуждение.

— Какая разница! Это было что-то незначительное. Какая-то бытовая ерунда.

Взгляд Льва Петровича сделался совсем уж насмешливым, даже издевательским.

— Это была не «ваша Анюта». А сейчас, будьте добры, покиньте помещение.

Вошла медсестра и начала говорить Льву Петровичу что-то важное — тон у нее был торопливый, чуть встревоженный, но деловой — и Констанция поняла, что упустила шанс. Ей еще раз велели покинуть приемный покой.

В помещение вкатили человека на каталке. Тот стонал, и Констанция старалась не смотреть в его сторону.

— У нее не было документов, как вы могли ее отпустить? — бросила она отчаянно, встав в дверях.

— Девушки, считайте, тоже не было, — отрезал Лев Петрович, уже склонившись над мужчиной. — Она ушла, а у меня нет задачи бегать за пациентами с просьбой принять помощь. Хватает и добровольцев.

Констанция вышла во двор. Солнце скрылось за густыми серыми тучами, воздух стал неприятно холодным, злым, хотя температура держалась лишь немногим меньше плюс десяти. Одинокий осиновый лист спланировал с ветки на асфальт.

— Есть кое-что! — Аврелий выскочил из отделения с довольным лицом и горящими глазами. Кудряшки подпрыгивали в такт его бодрой походке. — На ней был красный свитер. Сухой. Видимо, дал кто-то из тех, кто вытащил из воды.

Констанция поделилась тем, что узнала сама. Однако все это было похоже на тупик.

— Остальные происшествия в том районе имели криминальный характер, — принялась вслух рассуждать Констанция. — И все их участники известны. Только эта девушка так и осталась инкогнито. Наверное, поэтому Петропалыч предложил обратить на нее внимание. Однако нет гарантий, что она персонаж. Нет гарантий, что персонаж вообще попал в сводки. Что, если он просто ушел в другом направлении?

— Что подсказывает тебе твое чутье? — спросил Аврелий негромко, будто боялся спугнуть важную мысль.

Констанция глубоко вздохнула и на мгновение прикрыла глаза, прислушиваясь к себе.

— Что девушка — персонаж.

Он кивнул.

— Мне тоже так кажется. Давай попробуем исследовать эту версию.

— Поехали на место разрыва, — решилась тогда Констанция.

Зарядил дождь. Автомобиль мчался по гладкому блестящему асфальту. Широкие проспекты Васильевского острова пересекались уютными линиями с аллеями. Когда-то Петр I хотел отстроить здесь вторую Голландию с каналами вместо дорог. У каждой набережной должен был быть свой номер: первая линия, вторая, третья. Но наводнения, которые и так погубили в Петербурге много душ, стали бы проклятьем для острова. И тогда здесь сделали обычные улицы, только названия оставили: например, по одну сторону улицы — четвертая линия, по другую — пятая.