Книга Книжники. В объятиях прошлого, страница 97 – Ирина Фуллер

— У него есть старый висяк, — поделилась Мила, — еще с конца августа.

Тут Констанция вспомнила, что Кинг действительно так делал: если на персонажа не получалось выйти достаточно быстро, он брал что-то еще, параллельно продолжая поиски по сложному разрыву.

— Что ты об этом знаешь? — с волчьим голодом проговорила Констанция.

— Ничего, дорогая, я и так не должна была делиться с тобой этим. Но мне невыносимо смотреть, как ты страдаешь.

Констанция отправилась на поиски Аврелия, ожидая найти его в компании Арины. Однако, как ни удивительно, стажер сидел в Читальном зале за собственным ноутбуком и что-то очень быстро печатал. Едва заметив Констанцию, он резко захлопнул крышку с довольно нелюбезным «что?», а затем, будто опомнившись, бодро улыбнулся и спросил:

— Дело дали?

— Почти. У меня есть для тебя задание: выясни все, что сможешь о разрыве, над которым работает Кинг с августа.

— У-у-у, — вскочив, протянул Аврелий.

Он тут же отправился выполнять поручение. Констанция не сомневалась, что он справится.

Аврелий вернулся спустя полчаса, его распирало от самодовольства. Поднявшись на третий этаж, подальше от коллег, они смогли обсудить появившуюся информацию.

Разрыв произошел двадцатого августа поздним вечером на Васильевском острове, на Восьмой линии. К тому моменту, как Кинг добрался до места, персонажа и след простыл.

Тогда Кинг проверил все места, что светились на карте в округе, но так ничего и не нашел. По слухам, за следующую неделю он исходил Ваську от Смоленского кладбища до Горного института, от Стрелки до Морского фасада, но впустую.

— Надо узнать, связывался ли он с Петропалычем, — задумчиво проговорила Констанция, ощущая, как внутри разгорается огонек азарта. — Необычные происшествия или задержания могут указать на персонажа.

Разумеется, воровать задачи у других книжников не было в порядке вещей. Да никто бы о таком и не подумал. В иной раз Констанция тоже не стала бы претендовать на чужое дело, но Кингу просто повезло с гномами! Она лишь восстанавливала справедливость.

Констанция вновь оставила Аврелия в Библиотеке: если все же случится разрыв, он должен был вцепиться в него зубами (не то чтобы кто-то решил бы вступать в борьбу: книжников вполне устраивала небольшая передышка).

Сама Констанция отправилась на встречу с Петропалычем недалеко от полицейского участка. Тот сидел на скамье, у его ног лежал пакет из книжного, в котором угадывалась папка. Заметив Констанцию, Петропалыч встал и спросил у нее время. Пока она поправляла рукав серого пальто, чтобы взглянуть на циферблат, он тихо сообщил, что уже передавал эти данные Кингу. Точнее, «этому англичанину». Сказано было пренебрежительно.

Открыто улыбнувшись, Констанция сердечнее, чем обычно, поблагодарила за данные, а затем, будто по секрету, добавила:

— Он уже два месяца не может справиться с этим делом, так что решила ему помочь.

— Это правильно, — кивнул Петропалыч, сперва порываясь уйти, но будто бы чувствуя необходимость высказаться. — Считаю полным… безрассудством передавать подобную информацию, — он кивнул в сторону пакета на земле, — английским шпионам.

«Идеально!»

Констанция подалась вперед, сжав руку полицейского. Удивление, которое должно было отразиться на ее лице, когда она ощутила твердый бицепс, не было наигранным. Петропалыч выглядел неприступно, но теперь совсем уж казался машиной-убийцей.