Книга Иномирная акушерка ее величества, страница 124 – Юлия Зимина

Вот только… секунды мучительно бежали, а ничего не происходило.

Стража, как стояла на своих местах, наглухо преграждая путь кортежу, так и продолжала стоять. Никто не сдвинулся.

— В чем дело? — уже более нервно, теряя уверенность, не выдержал кучер. — Я кому сказал, в сторону! Вы не имеете права ослушаться прямого приказа заместителя министра казначейства!

— Вообще-то, имеем, — послышался спокойный, ровный, пробирающий до самых костей голос. — Мы подчиняемся только своему командиру, а он… — повисла короткая, убийственная пауза, от которой дышать в экипаже стало невозможно, — подчиняется исключительно императору. И никто другой нам приказы отдавать не имеет права.

Паника… Дикая паника накрыла лорда Торнтона с головой. Он осознал весь масштаб катастрофы. Понял, что перед ними у ворот стоит не просто городская стража, которую можно подкупить или запугать. Перед ним стоял элитный отряд императора. Цепные псы, возглавляемые тем самым, всеми известным, неподкупным Ксандром. И они ждали именно его.

— Парни! Вяжите их всех! — рявкнул голос в ночи. — Командир будет доволен! Первая крыса попалась!..

* Ксандр *

Прохладная, темная ночь скрывала в своих объятиях спящую столицу. Но для моего отряда сон сегодня был непозволительной роскошью.

Дождавшись поимки крысы, мы с парнями начали действовать стремительно и без малейшей оглядки на высокие титулы. Словно безмолвные тени, ловко перемахнули через высокую кованую ограду роскошного поместья министра казначейства. Стражей, охранявших периметр, скрутили так быстро и тихо, что те даже пикнуть не успели.

Я подошел к массивным парадным дверям поместья. Удар моего ботинка пришелся точно в район замка. Дорогое красное дерево жалобно треснуло, и створки с грохотом распахнулись, впуская в дом ночную прохладу и имперское правосудие.

Мои парни мгновенно разбежались по этажам, беря поместье под полный контроль. Я же, не теряя ни секунды, стремительно взбежал по широкой лестнице на второй этаж. Шел по коридору, безжалостно выбивая каждую дверь, попадавшуюся мне на пути.

За третьей по счету обнаружилась главная спальня.

Там, в полумраке, среди разворошенных шелковых подушек, сидел заспанный, но до жути перепуганный главный казначей. Что удивительно, этот боров ранее совершенно спокойно, безмятежно спал в своей роскошной постели, в то время как его заместитель, словно облезлая крыса, несколько часов назад пытался в панике сбежать из столицы с двумя каретами, доверху набитыми награбленным золотом.

— Что… — ахнул казначей, часто моргая спросонья.

Он выглядел донельзя нелепо и жалко в своем съехавшем набекрень ночном колпаке и с голым, раздавшимся пузом, которое переваливалось через край шелковых штанов.

— Что такое… что происходит?! — заблеял он, пытаясь сфокусировать на мне взгляд.

Рядом с ним, в изголовье огромной кровати, вжималась молодая девица. Она испуганно хлопала ресницами, мертвой хваткой вцепившись пальцами в одеяло и судорожно прикрывая свое обнаженное, трясущееся тело.

Весь императорский двор знал, что министр казначейства всего полгода назад похоронил свою законную супругу, с которой прожил в браке больше сорока лет. Любой другой нормальный человек на его месте скорбел бы над столь невосполнимой утратой, носил траур и искал утешения в молитвах. Но только не этот старый хряк. Он быстренько, даже месяца не прошло с похорон, женился снова. На этой самой молодухе, что сейчас дрожала под одеялом.