Книга Иномирная акушерка ее величества, страница 5 – Юлия Зимина

Олден молчал, сверля мать потемневшим взглядом.

— Советники — это голос народа, — вкрадчиво лила она лживый мед ему в уши. — А ты в первую очередь служишь народу, мой мальчик. Именно империя должна стоять у тебя на первом месте. Пойми, я переживаю за твое благополучие. По замку уже поползли скверные слухи. Прислуга шепчется, что Аэлина… проклята богами.

Олден мгновенно вскинул на мать такой яростный, злобный взгляд, что та осеклась и прикусила язык.

— Я тут же приняла соответствующие меры! — невинно хлопая ресницами, торопливо заверила она. — Приказала высечь тех, кто посмел распускать эти грязные сплетни! Но, Олден, ты ведь взрослый мужчина и должен понимать: всем закрыть рты не получится. Скоро новости выйдут за пределы имперского двора. Эти разговоры могут подорвать твой авторитет. Народ решит, что правитель слаб, раз позволяет проклятию жить во дворце.

— На ней нет проклятия, — процедил сквозь зубы император.

— Знаю, знаю, — мягко закивала мать. — Но нам нужно как-то обелить Аэлину в глазах советников. У меня есть мысль, как это сделать.

Олден напрягся, ожидая ответа.

— Нам стоит обратиться к Оракулу, — тихо произнесла вдовствующая императрица. — Он никогда не лжет. Все его предсказания верны, и народ безоговорочно ему доверяет. Если он скажет, что на Аэлине нет порчи, советники успокоятся и разойдутся.

Император тяжко вздохнул. Потер пульсирующие виски. Мысль была здравой: слово Оракула имеет вес, но может как помочь, так и все окончательно разрушить. Олден немного подумал, взвешивая все риски, а затем скупо кивнул.

— Но… — осторожно, словно ступая по тонкому льду, начала вдовствующая императрица, — ты же понимаешь, сынок, что если он скажет что-то плохое…

— Не скажет! — резко перебил ее Олден, вскакивая с кресла. — Нет на Аэлине никакого проклятья! Я уверен в этом!

— И я с тобой полностью согласна, — тут же залебезила мать, ласково улыбаясь и нежно касаясь его напряженного плеча. — Но советникам не слова нужны. Им нужны доказательства. Реджина тебе уже двух прекрасных дочерей подарила, и это несмотря на то, что ты посещаешь ее покои от силы раз в полгода. А с Аэлиной проводишь чуть ли не каждую ночь, и все равно…

— Хватит, мама! — Олден недовольно отмахнулся. Упоминание наложницы сейчас было подобно соли на свежую рану.

— Тебе нужен наследник, — не унималась женщина, укоризненно качая головой. — Дочери — это прекрасно, это наша кровь, но нужен сын. Тот, кто продолжит твой великий род. Меня это сильно заботит, я спать ночами не могу, думая о будущем империи! Прошу тебя, не скупись на внимание к Реджине. Она здорова, полна сил. Она сможет родить…

— Сына мне родит Аэлина! — леденящим душу голосом отчеканил император. От его тона впору было покрыться инеем. — А твоя Реджина… — Олден презрительно сжал губы. — Это ты навязала мне ее в наложницы!

— Я навязала? — вдовствующая императрица прижала руки к груди и обиженно ахнула, всем своим видом изображая глубочайшую рану. — Но… Но если бы не она… у тебя вообще не было бы детей!

В просторных покоях повисла тяжелая, удушливая тишина. Ее нарушали лишь монотонные, требовательные голоса советников с улицы, которые продолжали умолять низложить императрицу, по их мнению, навлекшую на империю гнев небес.