Книга Сюрприз в сугробе. Замуж за Морозко, страница 77 – Ника Мур

Свиньи рванули вперед по хрустальному мосту, который уже начал покрываться первыми ручьями. Командировка в лес закончилась полной и безоговорочной победой агрономии над магией. Но я знала: главная битва за мою агро-империю еще впереди.

А в кармане у меня грелась ледяная печать — мой прямой доступ к сердцу самого красивого «холодильника» в истории этого мира. Сказка продолжалась, и теперь в ней наступило время больших денег и больших чувств.

Логистика перемен и лесной аудит

Пересекать Хрустальный мост в обратном направлении оказалось задачей того же уровня сложности, что и попытка удержать равновесие на куске мыла в переполненной бане. Из-за того, что мой стратегический партнер и по совместительству главный «холодильник» этого мира Велемир решил внепланово омолодиться, климатическая обстановка в эпицентре его магии приобрела черты легкого безумия.

Лед под копытцами наших «внедорожников» больше не звенел благородным хрусталем. Он подозрительно хлюпал, покрываясь сетью мелких луж, в которых отражалось недоуменное небо.

— Дебет, держи курс! — крикнула я, чувствуя, как заднюю часть моего кабана начинает заносить на крутом повороте. — У нас не резина, у нас копыта! Неустойка, прекрати аквапланирование, ты расплескиваешь семенной фонд!

Свиньи-вездеходы, привыкшие к стабильной минусовой температуре, явно не одобряли этот «май посреди февраля». Дебет недовольно хрюкал, когда его ноги погружались в ледяную кашицу, а Неустойка, навьюченная остатками нашего урожая и магическими реагентами, периодически пыталась сойти с дистанции и завалиться в ближайший сугроб, который на глазах превращался в грязную вату.

Я обернулась. Настя, восседавшая на Кредите, выглядела как героиня романтической баллады, у которой только что отобрали сценарий. Её взгляд был прикован к удаляющимся шпилям Ледяного Терема.

— Сестрица, — прошептала она, перекрывая шум тающей воды. — Ты только посмотри… Рыбы-то!

Я глянула вниз, через перила моста. Река Стылых Слез, которая еще вчера была монолитным куском синего стекла, начала «размораживаться» слоями. Огромные щуки и сомы, застывшие в причудливых позах, теперь медленно шевелили плавниками, пытаясь осознать, почему их внезапно вывели из режима гибернации. Одна из щук проводила нас таким тяжелым, осуждающим взглядом, будто я лично была виновата в том, что ей не дали досмотреть сон про жирного карася.

— Гидрометеоцентр предупреждает, Настя: резкая смена руководства ведет к экологическим катаклизмам, — проворчала я, поправляя корзину с той самой, единственной и неповторимой клубникой. — Велемир, конечно, красавчик, но его гормональный всплеск грозит нам логистическим адом. Если мост рухнет, наш бизнес-план пойдет ко дну вместе с дебиторской задолженностью.

Позади нас, тяжело переставляя лапы, плелся Иван. Вернее, то мохнатое недоразумение, в которое он превратился. Медвежья шкура на нем сидела как плохо сшитый костюм из магазина «Всё по карману», а на правой лапе всё еще сиротливо болтался обрывок моей красной ленточки.

— Ваня, выше голову! — подбодрила я «службу безопасности». — Грудь вперед, хвост… ну, что там у тебя вместо него, прижать! Ты теперь не просто подрядчик, ты — лицо нашего силового ведомства. Медведь-охранник — это же идеальный бренд! Никаких затрат на амуницию, стопроцентная узнаваемость на рынке.