Книга Неизлечимая меланхолия Эмилии Лестер, страница 103 – Ли Льеж

О ней пока ещё не было никаких вестей. Смог ли Уильям связаться с мистером Абер-как-его-там и обсудить с ним пропавшую женщину — этого никто не мог знать, так как сам Уильям на собраниях Клуба не появлялся, а его сестра Джессика ничего не знала об этом маленьком секрете. У Эмилии буквально ладони чесались от нетерпения, но она понимала, что выхода нет: нужно набраться терпения и ждать. Во всяком случае, на Уильяма можно было положиться — почему-то в этом Эмилия не сомневалась. Он дал обещание и сделает всё, что от него зависит.

От безделья она целыми днями слонялась по своему старому мрачноватому дому, спасаясь от духоты в его дальних комнатах, скрытых от солнечного света. Но с рассветом Эмилия, ещё год назад предпочитавшая все летние утра проводить в постели под сеткой от комаров, полюбила выходить в сад и гулять там всё время до завтрака. Благодаря мастерской заботе вдовы Гарибальди и небольшой помощи Эмилии и Джин старый сад преобразился: в нём жарко цвели гортензии, тонко благоухала вербена, оттенённая росшим поблизости душистым горошком, радовали глаз настурции, портулак, душистый табак и ипомеи. И, конечно, повсюду были розы: не слишком тщательно ухоженные и растущие «как попало», зато яркие, манящие, своим сладким ароматом привлекающие плёл и шмелей. Раньше Эмилия ужасно боялась пчёл и только теперь поняла, что им нет до неё никакого дела.

Когда Марта звонила в колокольчик, вызывая свою молодую хозяйку к завтраку, Эмилия всякий раз возвращалась с букетом цветов: иногда это были томные лилии, иногда простые ромашки, иногда загадочная тубероза. В гостиной теперь всякий день пахло чем-то иным. Марта одобрительно хмыкала, меняя воду в вазе: ей тоже нравилось, что в доме в кои-то веки появились живые цветы.

Жизнь Эмилии в ожидании новостей текла бездумно и почти счастливо, пока в один прекрасный — действительно прекрасный, тёплый и радостный — день в дверь Земляничных Колокольчиков не постучался неожиданный гость.

Эмилия как раз готовилась к завтраку в привычном — и отнюдь не неприятном — одиночестве. Марта подала ей чай, тосты, джем в вазочке и масло в маслёнке — всё как обычно. Мисс Лестер уже готовилась сделать первый глоток чаю, как послышался резкий стук дверного молотка.

Эмилия не очень-то удивилась: она решила, что это Джин зала разделить с ней трапезу. Поскольку Марта уже ушла на кухню, Эмилия сама встала, чтобы впустить гостью. Идя к двери, она думала только о том, что тостов может не хватить на две персоны и что надо бы попросить Марту приготовить ещё…

За дверью стоял Генри Саммерфорд. Снова в костюме для верховой езды, с волосами, собранными в экстравагантную и почти вызывающую причёску-хвост, в белоснежной рубашке без заломов и следов пота. Выглядел он до отвращения привлекательно. И даже пахло от него чем-то свежим, похожим на сосновую хвою.

Эмилия была одета в старое, но удобное домашнее платье невнятного серо-синего цвета, её волосы были небрежно убраны в узел на затылке. И она забыла снять фартук, в котором пропалывала петунии, и фартук был весь в следах от травы!

Первым порывом Эмилии было сразу захлопнуть дверь.

Вторым порывом было выдать какую-нибудь грубость, вроде «какого чёрта⁈»

Но Эмилия мужественно сдержала себя. Почти сдержала.