Книга Неизлечимая меланхолия Эмилии Лестер, страница 121 – Ли Льеж

Джин дёрнулась, как будто её ударили. В её красивых глазах мелькнула настоящая боль.

— Нет, — твёрдо сказала Эмилия, — у меня нет секретов от мисс Кэллаган.

Уильям вдруг покраснел едва ли не сильнее самой Джин.

— У меня тоже, — извиняющимся тоном произнёс он, неловко махнув рукой в сторону Джин, как будто хотел её обнять и не решился, — поверь, пожалуйста! Но это не мой секрет. Я не могу… прости. Я вообще не должен никому это рассказывать.

— Тогда почему вы хотите открыть его мне? — изумилась Эмилия.

— Да потому что Джессика должна остаться в вашем клубе! — Уильям нервно улыбнулся. — Отец пытался вас подкупить — знаю, это отвратительно, но он думал, что действует в интересах Джессики. Он и сейчас так думает. Просто он деловой человек и привык решать проблемы деньгами. У него не было дурного умысла.

— Я ничего не понимаю, — созналась Эмилия. — Какой ещё подкуп?

— Ну пусть не подкуп, пусть плата за услугу… Чёрт, как же трудно подбирать слова…

— Я выйду, — глухо сказала Джин, — поговорите спокойно.

Она встала со стула и покинула гостиную с гордо поднятой головой. Уильям проводил её тоскливым взглядом.

— Итак? — нетерпеливо спросила Эмилия, у которой опять начиналась мигрень от всей этой несуразицы.

— Итак, — Уильям сел ровнее, собираясь с мыслями, — отец хотел любой ценой пристроить Джессику с ваш клуб, потому что считает его самым респектабельным сообществом в Вайтберри. Он не слишком вникал в детали, — тут Уильям позволил себе беглую улыбку, — по мнению отца всё, что благословила сама леди Саммерфорд, не может быть сомнительным. Отец — огромный поклонник лорда и леди Саммерфорд.

— И что же?

— А то, что мы уехали из Америки не просто так, — Уильям заглянул ей в глаза, ища понимания, — мы, по сути, сбежали. Да, как ваша знакомая Анна Незер от своего мужа. Сбежали, потому что Джессика устроила нечто… одним словом, она едва не погубила нашу семью. Мы уехали из-за неё, чтобы начать всё с начала здесь, в живописном захолустье, куда не доходят слухи… И всё равно: отец решил, что репутацию Джессики надо спасать.

— Таким способом? — Эмилия не верила своим ушам.

— Да, таким способом. Это всё, что он мог придумать, — Уильям развёл руками. — Джессика ничего не сказала отцу о своём исключении из клуба. Знаю только я, потому что слышал, как она плакала. Я спросил, она призналась…

— Джессика плакала⁈ — в это было невозможно поверить.

— Рыдала весь вечер, — кивнул Уильям. — Она была и в ярости, и в отчаянии. Вы думаете, что знаете мою сестру, мисс Лестер. Но она… она не такая уж плохая, просто избалованная и несчастная. И она страшно вам завидует.

— Мне⁈ — тут Эмилия пожалела, что приняла сидячую позу. От таких новостей впору опять лишиться чувств.

— И вам, и Джин, но особенно вам, конечно. Простите, что я не могу рассказать подробнее, ведь я дал слово, — Уильям наклонился вперёд, ещё понизив голос. — Я не смею просить вас принять Джессику обратно в клуб, но хотя бы подумайте об этом, мисс Лестер. И ещё… пусть всё сказанное останется между нами. Рассказывать Джин или нет — решайте сами, потом я всё равно расскажу ей правду. Но сейчас… Вы не любите Джессику, я понимаю, но если пойдут слухи…

— Я буду молчать, — сказала Эмилия, потому что ничего другого она сказать и не могла.