Книга Детки в клетке, страница 154 – Евгения Кретова

Он широко развел руки и рассмеялся. Иван приуныл: откуда Гудвин знал, что именно сегодня у отца будет итоговый протокол. Получается, заказчик Гудвина как-то связан с разработкой? Все-таки конкурент?

— Ты что призадумался?

Он отвлекся и не заметил, как отец что-то спросил у него. Встрепенулся от неожиданности, едва не перевернул чашку.

— А? Что?..

— Я про школу спрашиваю, – отец смотрел ему в глаза.

— Нормально все в школе, – Иван отмахнулся.

— «Нормально» – это не разговор. – отметил отец. – Давай подробности.

Иван пожал плечами, нахмурился, отгоняя от себя пасмурные мысли о предстоящей работе. Поставил локти на стол и отодвинул чашку.

— Вчера написал пробное ЕГЭ по физике, думаю, все норма… – Он осекся, откашлялся в кулак. – Думаю, все написал, жду высокий балл.

— Молодец, – отец, кажется, был удовлетворен. – Что насчет ВУЗа решил? Поедешь в Москву?

Иван покосился на мать, напомнил:

— Мы же вроде договаривались пить чай, не споря.

Отец изобразил удивление:

— А у нас есть предмет спора? Я тебя только спросил, поедешь ли ты в Москву.

Он выжидательно уставился на сына. Тот медленно выдохнул, улыбнулся, принимая предложенные правила игры.

— Хорошо. Допустим, я отвечу, что не планирую, – ответил.

Взгляд отца посуровел, помрачнел, на переносице пролегла глубокая морщина.

— И отчего же, позволь спросить?

— Не хочу уезжать из города.

— Это как раз понятно… В бабью юбку вцепился.

— Игорь, – Ирина встрепенулась, положила на локоть мужа. – Пожалуйста…

Мужчина резко сбросил ее руку, будто змею. Уставился на побледневшего сына. Тот продолжал сидеть напротив, сцепив пальцы в замок, прямой, как натянутая до отказа стрела.

— Погоди, Ира… Я должен понять, что творится с моим сыном! Иван…

— Да, отец… Я напомню, ты обещал, что мы поговорим и не будем ссориться.

Отец ударил по столу. Фарфоровый сервиз жалобно звякнул, чай расплескался из нетронутых чашек. Сомнения, что минуту назад еще темнились в груди Ивана, медленно отступили. В груди осталась только злость. Она шумела в ушах, пульсировала под сердцем.

— А кто с тобой ссорится? – отец чуть повысил голос. – Сидим, говорим…

— Нда, говорим, – Иван криво усмехнулся.

— А что тебя не устраивает?

— Игорь, – снова забеспокоилась Ирина. Она старалась оставаться на стороне сына. Это важно, чтобы ребенок знал, что кто-то остается на его стороне. – Пожалуйста.

Игорь Андреевич фыркнул и выдернул руку, которую снова накрыла своей жена.

— Что тебя не устраивает, я спрашиваю? – Он вскочил из-за стола, спрятал руки в карманах брюк. Принялся нервно метаться вдоль стены, то и дело зло смотрел на сына. Иван, выпрямившись, сидел. – Что мы с матерью не в восторге, видя, как ты отправляешь под откос свою жизнь? Так мы имеем на это право, сын. Мы в тебя вложили время, здоровье, мечты, деньги в конце концов! Мы вправе рассчитывать на то, что ты будешь ценить такую малость, как наши с матерью нервы. Но ты решил все похерить. Ради чего, сын? – он остановился у стола, облокотился на его край кулаками. Иван видел, как покраснела на костяшках кожа. – Я тебя спрашиваю, ради чего? Ради девки? Так это ни в какие ворота не идет?! Никогда не думал, что вырастил маменькиного сынка, который, выйдя из-под опеки одной бабы тут же стремится оказаться под каблуком другой… Только вот что я тебе скажу, сын, – он подался вперед, будто намереваясь укрыть Ивана своей тенью. Иван поднял на него глаза. – Она тебе за это «спасибо» не скажет. Это сейчас она боится отпустить тебя надолго, мол, разлюбишь, найдешь себе в Москве другую, все понятно, все они, бабы, одинаково думают…