Книга Детки в клетке, страница 41 – Евгения Кретова

Александра остановилась, резко развернулась к нему: парень лукаво улыбался.

— Опять смотрел «Гостью из будущего» вместо того, чтобы уроки делать? – догадалась, фраза героини про бездомного котенка давно не давала сыну покоя: почему героиня не взяла котенка домой, а только накормила его и оставила «в опасности».

Пашка отмахнулся:

— Да ладно тебе, мам. Я все сделал.

— Честно?

— Честно. – Парень посерьезнел и вытаращился. Очевидно, врал.

Александра не отставала:

— И завтра мне классная руководительница не будет сообщать о твоих неудах?

— Да ну, какие неуды. Я у тебя почти отличник.

Александра направилась в кухню, на ходу потрепав сына по макушке:

— У почти отличников не бывает «троек» в четверти.

Она зашла в кухню. С грустью отметила, что утренняя посуда осталась киснуть в раковине в ожидании ее возвращения: ни Пашка, ни муж, находившийся в отпуске, это не исправили. Поставила пакет на стол. Пашка, спохватившись, бросился к раковине и включил воду:

— Когда это было? Ты мне тот «трояк» в шестом классе будешь до пенсии помнить?

— Не в шестом, а в этом, в прошлой четверти.

Сын прекратил намыливать посуду. Обернулся к ней озадаченно:

— Это не «трояк», это конфликт интересов… Я не виноват, что англичанка не понимает мою стойкую неприязнь к иностранному языку.

Александра отмахнулась:

— Ой, не говори глупостей! Это безответственно – прикрывать собственную лень и безалаберность какими-то лозунгами.

— Это не лозунги, – пробасил Пашка, но спорить, впрочем, перестал.

Александра поставила кастрюли на плиту, залила в нее масло. Вытащив из холодильника лук и морковь, надела фартук и тут вспомнила, что не помыла руки. Направилась в ванную. В коридоре снова остановилась и прислушалась. Так простояла пару минут. Вымыв руки, вернулась к сыну. Тот уже домыл посуду и убирал ее в шкаф.

— Ты не вытер посуду, – отметила Александра, принимаясь за лук. Его нужно было почистить, порезать кубиками и отправить томиться в кастрюлю. – Паш, у соседей сегодня тихо…

Сын покосился на нее.

— Я днем в школе был, – ответил уклончиво.

— А после того, как вернулся?

Пашка пожал плечами:

— Не знаю… Я кино смотрел, музыку слушал в наушниках. Не слышал, что там у них. Я им не нянька ведь.

Александра высыпала лук в кастрюлю. Включила медленный огонь.

— Паш, ты ведь знаешь, у них маленький ребенок, если с ним что-то случится, это похлеще «голодного котенка» будет, понимаешь?

— Понимаю. Но я правда не слышал, – он виновато на нее покосился. – Хочешь, сейчас схожу к тете Маше, узнаю… Ну, типа за солью.

— Сейчас не принято ходить к соседям за солью. Магазин на первом этаже и доставку никто не отменял, – она подняла вверх указательный палец. – Сейчас сама узнаю.

Нашинковав морковь, она пересыпала ее в кастрюлю, перемешала лопаткой и, закрыв крышкой, велела сыну:

— Через десять минут добавь стакан горячей воды и выложи голубцы, понял?

Парень кивнул, жалобно скривился.

— А ты сама к тете Маше пойдешь?

— Схожу, – Александра сняла фартук, пристроила на спинку стула, – сердце не на месте.

Пашка дернулся в сторону и загородил собой проход, спросил с тревогой:

— Ты ведь понимаешь, что из меня защитник так себе?

Александра улыбнулась: ее парень превращается в настоящего мужчину.

— Не волнуйся, ничего он мне не сделает, я все-таки следователь! – и она отодвинула сына к стене.