Онлайн книга «Детки в клетке»
|
— А вы могли догадаться, что ваша дочь возьмет их? Были сигналы? — Нет, конечно… Геннадий смолк, будто его ударили. Он смотрел на Александру темными, безумными глазами отчаявшегося человека. Черновой стало душно под его взглядом. Она подошла к окну и распахнула его. — Так, Геннадий Игоревич. Мне надо восстановить события того дня. Маша сбила человека. Что было дальше? Она была дома? Кому-то звонила, писала? Куда-то ходила? — Нет, никуда. Впрочем, я и не знаю толком. Меня же полиция допрашивала. Машина-то моя. Не сразу и сообразили, что не я за рулем был. На алкоголь проверяли и все такое. — То есть Маша скрыла, что она была за рулем? — Так ее дома не было. Она, как на соседа наехала, так и убежала, бросив машину у подъезда… Меня и схватили. Потом уж опера очевидцев опросили, камеры посмотрели на соседнем доме и освободили. За Машкой, значится, поехали. — Откуда тогда вы знаете, что Маша дома была? — Так Рита сказала. Маша примерно через час пришла, как меня забрали. В комнате заперлась. Потом уж соседка пришла, Машка ее оттолкнула и выскочила из дома. Полиция уж потом появилась. Ну, принялись искать… – Он осекся: – И нашли. Не выдержала… — То есть вы думаете, что ваша дочь сама бросилась с моста? Мужчина пожал плечами: — Ну, не Лида же Сухова ее сбросила… Лида была не в состоянии. — Лида Сухова это кто? — Это жена соседа, которого сбила Маша… Он вместе с отцом Ивана работал… Чернова почувствовала, как кровь пульсировала в висках. — Сухов и Абрамченко – коллеги? — Да, а что вас удивляет, здесь много этих, из ученых… Тут скорее мы с Ритой были белыми воронами. – Мужчина казался равнодушным. Чернова отошла от распахнутого окна, вернулась на свое место. — Геннадий Игоревич. Сейчас это очень важно. Поясните, почему вы говорите, что вы тут были белыми воронами? — Да потому что не интеллигентная семья. У Маши в классе из двадцати шести человек учеников шестнадцать были детками ученых, многие в НИИ цифровых технологий работали. Кто в одном отделе, кто в другом. Некоторые занимали важные посты там, вроде отца Вани Абрамченко. Сухов тоже вроде как начальник отдела там какого-то… Не знаю, не спрашивал никогда: у них свои заморочки, у нас с Ритой – свои. Но люди вежливые, не шумные, ничего плохого не скажу. Чернова сделала пометку в блокноте. — Геннадий Игоревич, скажите, когда ваша дочь узнала об исчезновении Ивана Абрамченко? Филатов задумался: — Я не уверен, что она знала… — Но вы сказали, что у них были близкие, доверительные отношения. — Да поссорились они недавно. Дней за шесть до всего этого, – он обвел рукой кухню. – Из-за чего не знаю, Маша не распространялась. Мы с матерью и узнали-то о ссоре, потому что заметили, что Иван давно не заглядывал. То, знаете ли, каждый день то на обед, то на ужин оставался. А тут не является. Рита, значится, и спросила у Маши, что да и как. Та разозлилась, накричала на нас… — Даже так? Филатов виновато улыбнулся: — Да стандартно все. Не вмешивайтесь в мою жизнь, что вы лезете, достали со своим любопытством. Все как у всех… Рита и смекнула, значит, что в ссоре они… — То есть о ссоре вы догадались, исходя из поведения Маши? Достоверно вы об этом не знаете? Мужчина нахохлился, отстранился от стола и приосанился: — Почему сами догадались… Не сами, Маша подтвердила. Сперва Рита предположила, пошла к Маше, как та немного успокоилась. Там уж Машуня и призналась. |