Онлайн книга «Детки в клетке»
|
Она верила и обвела силуэт своего парня на фото и сделала рамку из сердечек. В углу Чернова заметила отпечаток в форме губ – след поцелуя, и вздохнула. Она нашла записи сентября прошлого года. Это была примерно середина дневника, и одна из последних записей за двенадцатое сентября говорила: «Поругались с Ваней. Не могу больше. Он так изменился. Он больше не любит меня. И все из-за этой чертовой работы… Он говорит, что это ради нас, нашего будущего. Эту работу он может совмещать с учебой, а как закончим школу, то денег будет хватать на съем жилья, даже если тетя Ира и дядя Игорь будут против. Я боюсь за него». Чернова достала сотовый и набрала номер Миши: — Миш, надо проверить банковские счета Ивана Абрамченко… — А они у него были, что ли? — Я сейчас держу в руках дневник его девушки и в записи за двенадцатое сентября прошлого года значится, что он нашел работу, которую совмещал с учебой… и про деньги, которые он копит. — Понял… Чего там еще есть? Чернова перевернула страничку дневника. — В сентябре прошлого года они поругались с родителями, с матерью в частности, из-за того, что та выкинула какую-то бумажку с ее стола. Маша даже в мусорном ведре ковырялась ради того, чтобы найти ее. И нашла. Оказалась салфетка с написанным на ней кодом. Отец Маши вспоминает, что это какие-то цифры были и слова, вроде абракадабры. Он тоже подумал тогда, что это какая-то игра, поэтому вспомнил о ней, когда я спросила. — Получается, в сентябре прошлого года Филатова уже была в составе группы. Интересно… — Я обратила внимание, что формат записок с заданиями разный: Алавар оставил напечатанный лист, у Маши была салфетка или что-то вроде того. Она просматривала записи. С каждым днем они становились тревожнее, пока не прервались на пять месяцев. Последние две записи оказались за текущий месяц. — Миш, погоди… Александра зачитала запись вслух, для Михаила: — «Сегодня сказала Ване, что между нами все кончено, если он не прекратит эту игру. Не знаю, поверил ли он мне. Но я вернула ему кольцо, то самое, которое он подарил мне на нашу шуточную помолвку. Господи, я его так люблю, но не вижу другого выхода. Я не могу рассказать, мне не к кому обратиться, мне никто не поверит, а если поверят, то я подставлю близких мне людей. Что мне делать?». Миш, это Маша Филатова написала на прошлой неделе, за двое суток до исчезновения Ивана. А вот запись позавчерашняя. «Последнее задание и я выхожу из игры. Надеюсь, все пройдет спокойно. На этот раз мне не придется ничего воровать, ни за кем следить. К сожалению, придется взять без разрешения папины ключи, но надеюсь, он не слишком на меня рассердится, я ведь неплохо вожу». Миш, ты меня слышишь? — Да слышу я слышу. Получается, задание она получила накануне. Иван уже пропал… — И Маша знала об этом, она спрашивала у координатора, как ей получить задание без оператора, тот ей ответил, что по резервному протоколу… — Погоди, ты что, в ее комп влезла? Его голос – внезапно ставший суровым и почти злым – Черновой не понравился. — Да. А в чем дело? — То есть координаторы и кто там еще с ней в завязке знают, что Маша входила в сеть? При том, что Маша мертва… Ты идиотка, Чернова? Неужели нельзя было комп до тех отдела донести, а? У Черновой вспотели ладони, испарина побежала между лопаток – Наумов был прав. Хоть и выразил свое возмущение нетактично резко, но прав во всем. |