Книга Наследники для генерала. Захлебнись в моей любви, Дракон!, страница 95 – Милена Вин

Но жутко не нравилось препятствие в виде одежды, не позволяющее нам соприкоснуться обнаженными телами, оставить все разговоры на потом и перейти к решительным действиям.

Моя разумная часть упрекнула бы меня за столь грязные мысли, если бы уже не была раздавлена непомерно сильным вожделением.

— Я расскажу тебе про невесту, — заговорил вновь, медленно спустив ладони на талию. — Плевать на запрет, я хочу, чтобы ты знала и больше не мучилась сомнениями.

Нет. Только не сейчас. Позже. Все позже…

Я хотела выдать свой мысленный протест вслух, схватить его за ворот и заставить замолчать, но…

— Мряу-у-у-у!!! — загремело на всю комнату, и мы с лордом одновременно метнули взгляды к источнику звука — нашему молчаливому до этой секунды наблюдателю.

Мацио выгнул спину дугой и, пронзая нас глазенками-изумрудами, зашипел так яростно, точно увидел самих атуров. Резко замолкнув, он спрыгнул с кровати и стрелой метнулся к двери в ванную комнату. Так шустро, что я успела увидеть лишь кончик пушистого белого хвоста, прежде чем злюка нырнул в небольшую щель, полностью скрываясь и оставляя после себя горький осадок удивления.

— Этот кот ненавидит меня, — сказал дракон спустя миг безмолвия. Да еще и таким тихим, грустным голосом, словно в самом деле был опечален сей фактом.

Я еле заметно дернула плечом.

— Говорят, животные чувствуют плохих людей.

— Считаешь меня плохим?

Взгляд, за долю секунды поймавший мой, оказался шибко красноречивым, выдав едва ли не все страхи и чувства мужчины. Ему важно было услышать мой ответ, вероятно, потому, что он страшился стать для меня грубым и жестоким человеком.

Однако это было невозможно.

Да, как и все, он умел быть вспыльчивым и ранить словами, но у меня язык не повернулся бы назвать его тираном и эгоистом. Он изменил наши с племянниками жизни к лучшему, не позволил оказаться во власти жадных, корыстолюбивых лордов. Он терпел и по-прежнему терпит мои глупые выходки и дерзость, а это далеко не просто…

Сначала страдал мой брат, теперь эта участь свалилась на могучие плечи генерала.

Я могу его ненавидеть. Но не могу клеветать и порочить его имя.

— Думаю, Мацио всего-навсего ревнует, — ответила шутливо, решив утаить от него серьезность своих дум. — У него появился достойный соперник.

Похоже, то, что я ему недоговариваю, от него не ускользнуло. Явно что-то разглядев на дне моих глаз, он сощурился и, мягко сжимая талию, заметно сглотнул.

Проследив за этим действием, за тем, как аккуратно дернулся кадык, я чуть не лишилась чувств.

Мое терпение трещит по швам, а он будто этого и не замечает!

— Ты не злишься? — спросил с сомнением.

— Злюсь. Очень.

— Прости, Кейт, — из его горла вырвался вздох. — Мне правда очень…

— Но злость не так сильна, как желание отдаться тебе полностью, без остатка и немедля, — беспардонно оборвала его, приблизившись к лицу с небывалой смелостью.

Заметив, как приподнялись в удивлении брови, коснулась губами уголка рта, провела влажную дорожку до его уха. Слегка укусила мочку, чувствуя, как напряглось мужское тело, с наслаждением пропуская через себя его слабую дрожь и слушая, как он дышит.

А после и вовсе отважилась добить шепотом его смятенное сознание:

— Не нужно лишних слов. Возьми меня, генерал. Прямо здесь и сейчас. Дерзко, грубо… Так, как только пожелаешь.