Книга Не нищая жена, страница 107 – Денни Смит

Сон так и не шел. Она со стыдом подумала о том, что ей нечего будет сказать сэру Альберту, когда тот явится за ответом. Они не обговаривали, когда встретятся в следующий раз, но он дал понять, что это произойдет скоро. И теперь Эмили малодушно надеялась, что встреча все же отложится до той поры, пока она не заручится согласием Джозефа.

Следовало признать, что супруг, этот циничный, взрывной, ядовитый, совершенно невыносимый человек, вопреки всему обладал над ней той властью, о которой она даже не подозревала. И которую навряд ли обретет когда-нибудь сэр Альберт.

Удалось ей заснуть лишь перед самым рассветом.

Потому не было ничего удивительного в том, что проснулась она от яркого дневного света, заливавшего комнату. Солнце стояло уже высоко, и синее безоблачное небо обещало ясный, жаркий день.

Едва осознав, что проспала, Эмили почувствовала стыд, словно снова вернулась в дни детства, когда могла получить нагоняй от гувернантки за то, что опоздала на урок. За неимением гувернантки она ожидала подобных упреков от Джозефа.

Тот обладал по истине сумасшедшей энергией, и, как она помнила по жизни в Лондоне, казалось, совсем не нуждался в сне. Она вдруг вспомнила нервозного молодого человека, служившего у него секретарем, который как-то пожаловался, что хозяин спит едва ли четыре часа в сутки и требует того же от него.

В отличии от мужа, Эмили была живым человеком и жестко страдала от недостатка сна. Но тот, очевидно, посчитает это слабостью и ленью. Ему невозможно угодить. И его отношение к прислуге — лишнее тому доказательство. Оставалось только гадать, как рабочие и клерки выносят его невыдержанный характер.

Словно перекликаясь с ее мыслями в комнату заглянула белокурая головка ее горничной.

— Миссис Эттвуд, вы уже проснулись? — спросила она.

— Да, Сара, — Эмили села на постели и откинула одеяло. Голова наливалась свинцом, — Входи.

Пока горничная помогала ей одеваться, она сообщила, что мистер Эттвуд уже давно уехал с управляющим осматривать владения. Эмили почувствовала досаду. Ну, разумеется, пока она прохлаждалась в постели, ее супруг с привычной энергичностью приступил к управлению поместьем. Через несколько дней он перестроит заведенный порядок под себя, поэтому следует как можно скорей остудить его пыл пока он не прибрал к рукам лесопилку и дом.

Вдруг кое-что привлекло ее внимание. Она стала наблюдать за движениями Сары — за тем, как та неслышно перемещается по комнате, слегка ссутулив плечи, как будто стараясь стать меньше и незаметнее. В этой новой, осторожной манере себя вести было что-то до боли знакомое, но абсолютно чужеродное. Что-то, чего не было еще вчера утром.

Спускаясь вниз, в столовую, она встретила дворецкого Дэниэлса. Он стоял в холле, безупречно прямой и собранный. Казалось бы, ничего не изменилось, но во взгляде, прежде спокойном, читались тревога и неуверенность.

По всему дому слуги двигались как призраки — бесшумно, с опущенными головами, стараясь слиться с окружающей обстановкой. В их движениях не было прежней, пусть и провинциальной, непринужденности. Были смутно знакомые ей прежде нервозность.

В столовой лакей, расставлявший посуду, вздрогнул, услышав ее шаги, и замер, затаив дыхание. Он поспешно оглянулся на нее, на его лице на секунду промелькнуло затравленное выражение, сменившееся облегчением, когда он осознал, кто перед ним.