Книга Не нищая жена, страница 259 – Денни Смит

Эмили фыркнула, заводя свою кобылу и привязывая. Джозеф последовал ее примеру.

— Надеюсь, что в этой лачуге, — он кивнул на хижину, — крыша получше и там хотя бы есть дрова.

Она продолжала стоять в задумчивости глядя на пустую кормушку для лошадей.

— О, нет! — он проследил за ее взглядом и простонал, — Только не говори, что сейчас мы пойдем искать им сено.

— Здесь нет сена, — она строго посмотрела на мужа, — пойдем внутрь.

— Что я слышу! Ты даже не заставишь меня скакать по лесу и рвать их любимую траву? Какое жестокосердие!

— Пойдем уже, — буркнула она и взяла его под локоть.

Дверь поддалась не сразу — скрипнула ржавыми петлями, нехотя открываясь. Они ввалились внутрь — оба мокрые, дрожащие, тяжело дышащие.

Джозеф прислонился к стене, перевел дух. Огляделся.

Внутри было черно — хоть глаз выколи. Эмили стояла, не двигаясь, боясь наступить на что-нибудь или споткнуться в незнакомом месте. Пахло здесь странно — сыростью, старым деревом, пылью и еще чем-то, от чего нос щипало. Каким-то острым, едким запахом, который она не могла узнать.

— Чем здесь пахнет? — прошептала она.

— Птицей, — ответил Джозеф. — Прижженными перьями. В таких местах охотники ощипывают дичь.

Эмили поморщилась.

— Не нравится? — спросил он язвительно, — Ваш тонкий аристократичный нос не привык к таким ароматам? Можно переночевать под навесом с лошадьми, — предложил он, — Если, конечно, он до утра не рухнет.

Эмили легонько ударила его кулачком по руке.

— Давай лучше разведем огонь.

Джозеф хмыкнул и начал шарить руками по стене, нащупывая что-то — то ли полку, то ли выступ.

— Что ты ищешь?

— Должны же быть здесь спички, — бормотал он. — Или кресало. Кто-то же здесь бывает. Отойди с прохода — я ничего не вижу.

Она прошла в хижину и услышала, как Джозеф чертыхается, его пальцы скользят по шершавому дереву и что-то падает на пол — должно быть, пустая коробка или старая тряпка.

— Нашел, — облегченно выдохнул он наконец и наощупь двинулся туда, где был очаг.

Раздался щелчок. Искра. Еще один. Еще.

— Чертово огниво, — прошипел он.

Потом — короткая вспышка, и маленький огонек лизнул трут. В темноте лицо Джозефа возникло словно из ниоткуда — сосредоточенное, с нахмуренными бровями, с рыжими волосами, прилипшими ко лбу.

— Слава богу, — выдохнул он и принялся шарить вокруг, подкладывая под огонь щепки. Те занялись не сразу — шипели, дымили, гасли — но Джозеф упрямо раздувал пламя, склонившись почти к самому полу.

Эмили опустилась на корточки рядом, протянула руки к первому слабому теплу.

— Ты не видишь? Здесь есть где-нибудь дрова?

— Кажется у той стены, — она оглянулась и показала рукой в темноту.

Он поднялся — опираясь на стену, морщась от боли, — и начал ощупывать темное пространство. Шаг, другой, третий. Наткнулся на что-то — выругался.

— Здесь, — сказал он наконец. — Есть.

Эмили услышала, как он гребет руками, собирая поленья, как они с глухим стуком падают на пол. Через минуту он вернулся к очагу, сгрузил дрова рядом и принялся подкладывать в огонь сначала те, что были потоньше.

— Где ты научился разводить огонь? В Ист-Энде? Да?

Пламя росло, облизывало поленья с аппетитом голодного зверя. Тени плясали по стенам, выхватывая из темноты грубо стесанные бревна, закоченелые щели, забитые мхом, и низкий, прокопченный потолок.